Главная | Экономические интересы

КИТАЙ + ЕВРОПА: СПАСЕНИЕ ИЛИ ЭКСПАНСИЯ?

В Европе вслух говорят о возможности повторения ситуации с автоконцерном Volvo. Сегодня же угроза нависает уже не над отдельно взятым концерном, а над всей Европой. Конечно, пока Китаю необходимы рынки сбыта процесс будет идти в достаточно медленном темпе. Но что будет после того, как Поднебесная сможет нарастить объем внутреннего потребления? Ответ может быть только один: Европу ждет превращение в экономическую периферию Китая.

С приближением октября долговые рынки Европы начинают испытывать мощнейшее давление со стороны продавцов. Новостные агентства «бомбардируют» информационное поле сериями репортажей об обновлении рекорда доходности облигаций проблемных стран или о очередном провале размещения долговых бумаг. Все это происходит на фоне старта беспрецедентной по своим размерам программы ЕЦБ по обводнению рынков ликвидностью через выкуп облигаций проблемных стран (за 5 недель было выкуплено более 70 млрд евробондов).

Постепенно приходит осознание того, что мощная экономика Германии не сможет вытянуть Европу даже при искреннем желании спасти еврозону. Но и желания-то уже давно нет, ведь трудно объяснить немецкому рабочему, что из его кармана формируется фонд для оплаты премий греческих водителей автобусов. Как бы парадоксально это ситуация не выглядела, но микроуровень — это лишь частная проекция проблемы на макроуровене.

В этой безысходной ситуации единственный источник ликвидности, который может помочь хоть как-то устоять Евросоюзу — это страны БРИКС, из которых более всех подходит на эту роль Китай. В текущих условиях бесполезно рассчитывать на кого-либо еще. США давно сидят на «игле ликвидности», на пороге третьей программы количественной помощи выясняется, что предыдущие программы не только не помогли, но спровоцировали широкомасштабный рост цен на основные товары и услуги, что в худшую сторону отразилось на материальном положении наименее благополучных домохозяйств. Таким образом, традиционный «спаситель» Европы оказался в не менее сложном положении.

Многие эксперты пророчат Китаю роль нового «спасителя». Уже не раз с просьбами к Пекину о покупке государственных облигаций обращались правительства всех проблемных стран, более известные под аббревиатурой PIGS (Испания, Португалия, Греция, Италия). Однако руководство Китая, будучи самым крупным кредитором США, не торопится скупать еще и европейские «мусорные» облигации, так как манипуляции ФРС с treasuries уже не раз становились причиной американско-китайских разногласий и споров.

Тем не менее Китай все же «заявил» о своей готовности «протянуть руку помощи» Европе для преодоления кризиса с помощью масштабных инвестиций. В этом есть своя логика — европейские рынки занимают значительную долю в структуре экспорта Китая, европейский кризис может стать причиной значительного сокращения этой доли, а другие рынки уже и так максимально загружены продукцией из Поднебесной.

Все это ставит крест на фантастических темпах роста и долгосрочной стратегии развития Китая. Руководство КНР это понимает, поэтому, помимо сохранения европейских рынков для него необходимо еще и получить более широкий доступ к ним, причем как можно быстрее.

Китай практически исчерпал весь свой потенциал экстенсивного развития экономики: после рекордных 10,4% экономического роста в 2010 году, в текущем 2011-м эксперты ожидают примерно 9%, а в 2012-м — фантастические для всего мира, но крайне низкие для Китая 6-7%. Эта негативная тенденция уже не раз становилась причиной масштабных коррекции на мировых рынках. Замедление является результатом инфляционных процессов и подорожания товаров на внутрикитайском рынке, что ставит под угрозу программу стимулирования внутреннего спроса, то есть интенсивного развития экономики.

Увеличение инвестиционных потоков в европейскую экономику необходимо, прежде всего, самому Китаю. В вопросах прогнозирования состояния мировой экономики и составление адекватной стратегии руководство коммунистический партии Китая не отстает от остального мира, и иной раз куда более адекватно, чем другие, реагирует на внешние вызовы. Поэтому еще в начале этого лета, когда европейский кризис еще не принял такую острую фазу, мы могли увидеть заголовки вроде: «Китай проникает в Европу через страны-карлики».

У «красного гиганта» есть как минимум две причины вмешаться в европейские дела: политическая и экономическая. Начнем с первой: способом давления на Китай, как и на другие страны, претендующие на звание регионального лидера и, тем более, лидера мирового, является вопрос о «соблюдении прав человека». Часто именно этот вопрос становился причиной отказа от более активного сотрудничества в экономической сфере. КНР заинтересован в скупке облигации государств Евросоюза, переживающих кризис, чтобы раз и навсегда закрыть эту тему. Следующим шагом логично будет выглядеть создание лобби-центров для блокировки любого невыгодно Пекину решения ЕС «правозащитного» характера. Для полного контроля над обсуждением темы Китаю необходимо иметь три центра влияния в Евросоюзе, чтобы иметь возможность заблокировать любое единодушное решение ЕС, направленное против его интересов.

Вторая причина — это получение полноправного доступа к экономике Европы. В качестве ответного шага признательности за китайскую помощь премьер-министр КНР попросил у западных партнеров, ни мало не много, признать экономику КНР, вторую по размерам в мире, рыночной. Не стоит тут искать символическую ценность — вопрос предельно конкретен. Подобное признание интегрирует КНР в относительно единое правое пространство, позволяющее адекватно защищаться от антидемпинговых судебных исков, в изобилии поданных против китайских государственных компаний европейцами. Кроме того, речь может встать и об отмене большинства экспортных ограничений в отношении Китая.

Как только Евпропа (а опосредованно — США вместе с ними) примет китайскую «руку помощи», произойдет фактическое признание Китая в качестве глобального экономического лидера. После чего Китаю больше не нужно инвестировать свои валютные запасы (примерно 3,2 триллиона долларов) в американские государственные ценные бумаги.

Возможность внедрятся в американские и европейские компании через полномасштабные инвестиции откроет Китаю множество новых горизонтов. А вот перспективы партнеров Китая выглядят в этом случае далеко не радужными. В Европе вслух говорят о возможности повторения ситуации с автоконцерном Volvo, который был куплен китайскими инвесторами, а впоследствии демонтирован и вывезен на родину новых владельцев. При этом были проигнорированы все обещания о сохранении рабочих мест, расширения производства и прочие, которые были даны европейцам для получения одобрения сделки.

Сегодня же угроза нависает уже не над отдельно взятым концерном, а над всей Европой. Конечно, пока Китаю необходимы рынки сбыта процесс будет идти в достаточно медленном темпе. Но что будет после того, как Поднебесная сможет нарастить объем внутреннего потребления? Ответ может быть только один: Европу ждет превращение в экономическую периферию Китая.

С другой стороны, Европе уже нечего терять. Самостоятельно Евросоюз, при сохранении сегодняшних реалий и тенденций, сможет протянуть максимум еще года два, но потом уже надо будет говорить о спасении Германии. Поэтому в Европе выступление премьер-министра Китая, где он озвучивает стратегию и условия помощи, вызвало немалый ажиотаж. Европейские экономические газеты пестрили заголовками вроде «Китай идет на помощь», и даже прагматичные инвесторы отметили это выступление ростом котировок по всему спектру европейских бирж. Спустя несколько дней настроения в Европе сменились — начались сомнения в том, насколько «рыночен» новый спаситель, который, при этом, вполне способен скупить Евросоюз по частям в том случае, если не удается договориться на общеевропейском уровне.

Китай более чем заинтересован в стабильности мировой экономики, уже хотя бы исходя из собственных интересов, но даже за возможность «помочь» необходимо платить и бороться. Недавнее выступление министра финансов Бразилии Гвидо Мантега с инициативой поддержать Европу, может стать заявкой на конкурентную борьбу, цель которой не допустить Китай к монопольному владению Европой.

Алексей Пухаев

 

 

 

RSS Twitter Facebook

Об авторе

Похожие материалы

  • Для начала хотелось бы сразу обозначить главный тезис материала: Китай уже давно не вторая, а первая экономика планеты. В то время, как все чаще появляются все новые и новые данные о проблемах в монетарной политике США, в сводках макростатистики КНР фиксируется фантастический прирост производства стали, чугуна, цемента.

  • Китай начнет скупать черное золото у Ирана в больших объемах (сейчас — 540 тыс. барр./сутки) именно для увеличения резервов. При этом делать это он будет по ценам куда ниже рыночных, ведь спрос на иранскую нефть упадет, а значит, диктовать условия станет покупатель. Впрочем, даже если Ирану придется отказаться от прежней цены предложения, китайский спрос все равно будет поддерживать иранскую экономику.

  • Переговоры Китая о помощи ЕС касаются прежде всего будущего места Пекина в мировой финансовой системе. Китай готов оказать Европе экономическую поддержку лишь в том случае, если ЕС пойдёт на ряд уступок. В частности, предоставит КНР больше влияния в МВФ, будет шире применять юань при международных расчётах, повысит экономический статус Китая в ВТО, избавит Пекин от назойливости в отношении валютных курсов и снимет действующее эмбарго на поставки европейского оружия.

  • В минувшем году Китай по объему ВВП вышел на второе место в мире, обогнав Японию. При этом по объёму промышленного производства он вышел на первое место, опередив США. Получается, что американское лидерство держится сейчас лишь на «виртуальной» экономике (сфера услуг, финансы, интернет). Сейчас эксперты спорят о том, сколько времени понадобится КНР, чтобы стать мировым экономическим лидером. Одни говорят 10 лет, другие 15. Понятно, что США подобная ситуация совершенно не устраивает. Попробуем проанализировать шаги, которые могут предпринять США для сохранения своего лидирующего положения.

  • Несмотря на продолжающиеся реформы и финансовую устойчивость, Китай сталкивается с постоянным нарастанием уязвимости банковского сектора. Также значительные риски в себе несет «пузырь» на рынке недвижимости, который может дестабилизировать экономику страны и вызвать системный сбой в работе коммерческих банков. Нынешняя модель роста, связанная с относительно негибкой макроэкономической политикой, а также с высокой ролью государства в распределении кредитных средств на всех уровнях, ведет к росту объема обязательств. Это может сыграть негативную роль в случае необходимости быстрой переориентации на внутренний спрос и новые сектора экономики.

В этом разделе

Самый мощный поток иммиграции из Мексики пришелся на 2000 г., когда из этой страны в США переехали 700 тыс. человек. Однако теперь ситуация изменилась. Пожалуй, тот факт, что мексиканцы «голосуют ногами» против благоприятных прогнозов, является одним из показательных индикаторов того, что экономика США будет сокращаться более значительными темпами, нежели ожидают эксперты.

 

Количество реформ, проводимых нынешним правительством Венгрии, а, главное, объем реформируемых экономических и политических институтов не имеет прецедентов в современной Европе. Кроме премьера Виктора Орбана, пожалуй, никто даже в его правительстве не представляет себе сложности положения современной Венгрии. Венгерское правительство подвергается жесткому давлению международных организаций. Орбан напряженно ожидает решения Международного Валютного Фонда о предоставлении кредита Венгрии, что должно дать позитивный сигнал рынкам.

 

Если не решать проблему безработицы хотя бы в самых «больных» государствах ЕС, то условно положительные плоды, полученные от «недодефолта» Греции, в обозримой перспективе будут подпорчены необходимостью выплаты всё возрастающих пособий. На этом фоне тем более показателен факт того, что гражданам США в массовом порядке и впервые, кажется, в истории, предлагается стать трудовыми мигрантами.

 

Поскольку инициативы государственного секретаря США Хиллари Клинтон, премьер-министра Болгарии Бойко Борисова и президента Болгарии Росена Плевнелиева в деле «преодоления энергетической зависимости от России» разворачиваются в одном направлении, возникает вопрос: каким образом череда разорванных соглашений повлияет на самый главный совместный проект России и Болгарии — «Южный поток»?

 

На днях в Нью-Дели состоялся IV саммит BRICS, организации, объединяющей Бразилию, Россию, Индию, Китай и Южно-Африканскую республику. Несмотря на краткую продолжительность саммита, его значение можно смело считать значительным. Во всяком случае, лидеры стран-участников явно не были склонны ограничиваться принятием чисто символических итоговых резолюций, и результаты саммита выглядят очень внушительно.

 

По словам официальных лиц, Украина до июля рассчитывает получить от европейских финансовых институтов первый транш в размере 308 миллионов евро на модернизацию ГТС. Правда, в самом ЕС говорят о лишь том, что они надеются до конца лета лишь обсудить вопрос о возможности выделения подобной помощи. Впрочем, если верить озвученному Нацбанком Украины прогнозу прочности национальной экономики, то даже июль может оказаться недопустимо далёким сроком.

 

Федеральная резервная система по итогам прошлого года получила доход $77,4 млрд. Эта сумма в два раза превышает объем прибыли самой дорогой в мире компании — Apple. И это больше, чем совместный заработок пяти крупнейших американских банков: Goldman Sachs, JPMorgan Chase, Citigroup, Bank of America и Wells Fargo.

 

Во время своего визита в Пекин в рамках форума, посвящённого развитию Китая, глава Международного валютного фонда Кристин Лагард сделала ряд заявлений, которые заслуживают отдельного рассмотрения. На фоне сделанных в декабре предположений Лагард о том, что перед миром стоит реальная перспектива повторения Великой депрессии, сказанное 18 марта можно считать образцом оптимизма.

 

Перекрыв поставки нефти, США, не объявляя войны, смогут фактически загнать КНР в угол. Это, конечно, не значит, что они обязательно начнут реализовывать такую программу сразу, как только разберутся с Ираном, и даже, что вообще дело дойдет до этого. Главное, что они получат возможность в любой момент посадить КНР на голодный топливный паек.

 

Многие банки, в первую очередь итальянские и испанские, направили полученную ликвидность на скупку высокодоходных облигаций. Если дефолт Греции спровоцирует на долговом рынке «эффект домино», которого пока удалось избежать только благодаря раздуванию баланса ЕЦБ до рекордной отметки в 3,02 трлн евро, то банки вдруг окажутся обременены значительным объемом «токсичных» активов. В этом случае банковский сектор Европы ждет длительная игра на выживание.

 

.