Главная | Экономические интересы

«СЕВЕРНЫЙ ПОТОК» И ЕВРОПЕЙСКИЙ КРИЗИС

Не стоит сводить жизнь или смерть немецкой и французской промышленности исключительно к стоимости русского газа. Но в ситуации, когда, согласно докладу Еврокомиссии, общий уровень государственной задолженности еврозоны в 2012 году повысится до 90,4% от ВВП всего валютного блока с 88,0% в 2011 году, сэкономленные на транзите миллиарды могут оказаться весьма значимыми.

8 ноября 2011 года произошло событие, которое 6 лет назад многими считалось совершенно невозможным. В немецком городе Любмине, в присутствии президента РФ Дмитрия Медведева, канцлера Германии Ангелы Меркель, премьер-министра Нидерландов Марка Рютте и премьер-министра Франции Франсуа Фийона, состоялась церемония торжественного открытия первой нитки газопровода «Северный поток».

Трудно сказать, принималось ли решение о создании подводной газовой магистрали исключительно в связи с растущими амбициями транзитных государств в тот исторический период, или оно было продиктовано первыми прогнозами о скором росте цен на энергоносители и наступлении экономического кризиса. Ведь проблемы еврозоны еще в начале 2000-х прогнозировал нобелевский лауреат Милтон Фридман. Уже тогда он полагал, что единое валютное пространство ЕС просуществует максимум 15 лет. «Такие крупные государства как Германия, Франция и Италия очень скоро обнаружат, что создание зоны евро было ошибкой. Внутри этой зоны существуют значительные политические и экономические расхождения» — говорил Фридман.

Нельзя не отметить то, что прокладка маршрута, при котором издержки на посредников и прочие неприятные неожиданности сведены к минимуму, состоялась удивительно вовремя. И состав торжественной делегации вовсе не выглядит случайным. Сейчас уже вполне очевиден тот факт, что объединённой Европе предстоит столкнуться с сами серьезными финансовыми трудностями за всё время её существования. На фоне героических, но, кажется, совершенно бесперспективных попыток спасения Греции, возникает новая проблема Евросоюза под названием «Италия».

Доходность десятилетних государственных облигаций Италии, несмотря на все усилия, выросла до отметки в 7,12%, что реально означает невозможность выхода Италии из кризиса своими силами. Одновременно с этим увеличился разрыв в уровнях ставок между итальянскими и германскими облигациями, он составляет более 5%. Что, в свою очередь, усугубляет недоверие инвесторов к экономике Италии. На сегодняшний день государственный долг Италии составляет около 2 триллионов евро, или 120% от ВВП страны. Для понимания значимости этой цифры для стабильности ЕС достаточно сказать, что сумма итальянских долгов больше, чем у Греции, Испании, Ирландии и Португалии вместе взятых. И, разумеется, в два раза больше резервов европейского Стабфонда ёмкостью в один триллион евро, который лишь создают Франция и Германия.

Уже в следующем году Италии придется осуществлять новые заимствования для погашения облигации на сумму более 300 миллиардов евро. Если прибавить к этому сумму выплат по погашению внешнего долга, составляющую примерно 25 миллиардов, то получается, что только за следующий год Италии предстоит выплатить сумму, сравнимую с суммарным долгом Греции в 350 миллиардов евро, который, как известно, никак не могут погасить усилиями всего ЕС.

C огромным трудом удалось согласовать списание половины греческих долгов. В отношении Италии такая мера невозможна. Крупнейшими владельцами итальянских государственных облигаций выступают ведущие европейские банки, уже понёсшие потери из-за Греции. Списание даже части таких долгов приведет к лавинообразному оттоку ликвидности и парализации банковской системы Европы. Что предсказуемым образом вызовет общее падение экономики и коснётся как крупного капитала, так и рядовых граждан через займы и вклады.

В свою очередь, это породит кризис банковской системы из-за нового оттока капиталов, ведь панические настроения населения всегда оборачиваются массовым снятием денег с банковских счетов. Это, как легко догадаться, вызовет череду банкротств коммерческих банков. И, говоря в общем, станет последней точкой в истории еврозоны в ее нынешнем виде.

«Мы рискуем получить то, что некоторые комментаторы уже назвали потерянным десятилетием», — заявила на экономическом форуме в Пекине директор-распорядитель МВФ Кристин Лагард. Пока в точности неизвестно, как будут развиваться финансовые события в Европе. На нерешённую проблему Греции накладывается ещё более сложная ситуация Италии, и рецепты по спасению предлагаются самые разнообразные.

Рассматривается вероятность переформатирования ЕС в нечто более цельное. Так, в соответствии с предложением предсказавшего кризис евро Милтона Фридмана, власти Франции и Германии обсуждают идею реформирования валютного блока Евросоюза, которая подразумевает создание более интегрированной, но меньшей по количеству стран-участников еврозоны. Причём интеграция предполагается весьма глубокой, с наличием единого центра управления финансами всех стран-членов. Об этом обязательном условии регулярно говорит Ангела Меркель. Альтернативный план предусматривает введение такого управляющего органа без потерь в составе членов Еврозоны.

Нет единства и в подходах к решению за счёт валютных операций. На саммите G20 в Каннах в начале ноября канцлер Германии Ангела Меркель и президент Франции Николя Саркози впервые официально признали, что Греция может выйти из состава еврозоны, если греки захотят вернуть себе национальную валюту. С другой стороны, сами немецкие экспортеры готовы обойтись без единой европейской валюты. Об этом заявил глава Объединения немецких экспортеров BGA Антон Бернер. «Для нас важен свободный рынок, а единая валюта необязательна. Есть ли жизнь в Германии после евро? Да, есть», — заявил Бернер на встрече с неправительственной организацией «Ассоциация иностранной прессы» в Берлине.

При всём разнообразии, объединяет эти варианты одно. Желание и определённые возможности спасать Европу есть только у Германии и Франции. Для того, чтобы спасать экономику, нужно иметь промышленность, технологии, рынки сбыта и грамотное управление. Со всем этим у Германии и Франции нет проблем. Существует лишь одно слабое место — энергоресурсы.

В ближайшие годы европейских потребителей ожидает резкий рост цен на газ. До 2014 года они поднимутся на 30-40 процентов, что связано с ростом спроса на газ в Европе после серии аварий на японской АЭС «Фукусима» и связанных с этим отказами многих государств от атомной энергетики. Как сказал на церемонии открытия Nord Stream европейский комиссар по энергетике Гюнтер Оттингер, «мы прогнозируем, что газ, наряду с возобновляемыми источниками энергии, будет играть все большую роль в выработке тепла, холода и тока, поскольку он экологичен, удобен и его достаточно много».

В выпущенном ОПЕК документе под названием «World Oil Outlook 2011» указано, что к 2015 г. потребление углеводородов в мире вырастет на 5,3% — до 92,9 млн баррелей в сутки, что выше прошлогодних оценок на 1,9 млн баррелей в сутки. Стоимость нефти в течение следующих десяти лет прогнозируется на уровне $85-$95 за баррель. Причём в прошлом году аналитики картеля ожидали $75-$85 за баррель. К 2035 г., по их мнению, цена барреля нефти достигнет $133.

Аналогичные, в целом, прогнозы даёт и Международное энергетическое агентство. Согласно его сведениям, в предстоящие годы цены на нефть могут вырасти до $150 за баррель, в связи с особенной рискованностью инвестиций в добычу нефти в охваченных революционными настроениями странах Ближнего Востока и Северной Африки. «Если в 2011-2015 годах инвестиции в этом регионе будут на треть меньше необходимых $100 миллиардов в год, потребители в ближайшем будущем могут столкнуться с ценой нефти на уровне $150 за баррель», — отмечают специалисты МЭА. По данным МЭА, рост мирового спроса на нефть к 2035 году будет превосходить оценки ОПЕК и составит 14%, поднявшись до 99 миллионов баррелей в день с прошлогодних 87. Средняя цена импортированной сырой нефти при этом может вырасти до $120 за баррель по курсу доллара 2010 года, или более $210 в номинальном выражении. А если, к примеру, Израиль в марте следующего решится атаковать Иран, цена нефти может превысить $200, предсказывают некоторые эксперты.

Ценообразование газового рынка по-прежнему находится в тесной связи с ценой на нефть. Как видно, по всем прогнозам стоимость «голубого топлива» будет расти сообразно с поведением чёрного золота. И эффективная работа европейской, в первую очередь, немецкой промышленности не в последнюю очередь будет зависеть от того, насколько рентабельным будет процесс производства. Вопрос снижения стоимости энергоносителей, который, по мнению европейских чиновников является основным на ближайшие 20-30 лет, будет ключевым. Вне зависимости от того, как именно решат спасать еврозону и будут ли ее спасать вообще.

С запуском Nord Stream германская экономика получает дополнительные преимущества. Некоторые цифры уже прозвучали. Запуск одной первой нитки газопровода «Северный поток» чреват для Словакии убытком в размере свыше 170 миллионов евро в год. Соответственно, именно на эту, пускай и не очень большую сумму уменьшится счёт, который нужно будет оплачивать западноевропейским потребителям. А ведь транзитёров в Европе немало. И после того, как газ будет идти от поставщика напрямую, его стоимость неизбежно должна снизиться.

Конечно, не стоит сводить жизнь или смерть немецкой и французской промышленности исключительно к стоимости русского газа. Но в ситуации, когда, согласно докладу Еврокомиссии, общий уровень государственной задолженности еврозоны в 2012 году повысится до 90,4% от ВВП всего валютного блока с 88,0% в 2011 году, сэкономленные на транзите миллиарды могут оказаться весьма значимыми.

Андрей Полевой

 

 

 

RSS Twitter Facebook

Об авторе

Похожие материалы

  • Ситуация в Италии стремительно меняется. Если изначально страна была лишь одним из возможных кандидатов в «неудачники», то сейчас она — главная жертва долгового кризиса. Постепенное увеличение затрат по обслуживанию суверенного долга, несмотря на программу выкупа облигаций Европейским Центральным банком, говорит о крайне тяжелом положении. Рост доходности облигаций может очень дорого обойтись итальянской экономике, как и экономике стран Еврозоны, спровоцировав длительную рецессию. Аналитики уже сейчас отмечают, что восстановление экономики ЕС остановилось, доверие со стороны инвесторов снижается, негативно влияя на уровень инвестиций и потребление. Слабый рост мировой экономики сдерживает экспорт, а срочная консолидация бюджетов негативно отражается на внутреннем спросе.

  • Согласно расчётам, проведённым группой профессора Гамбургского университета Дирка Мейера, отказ от единой валюты обойдётся немцам в 340 миллиардов евро, а спасение евро — в 560 миллиардов. Одним из главных тезисов сторонников немедленного отказа от евро выступает то, что стабильность евро с самого начала обеспечивалась, прежде всего, немецкой маркой.

  • Если Германия будет спасать еврозону, то на это потребуется около 300 млрд евро ежегодно только для поддержания статус-кво. Издержки, связанные с поддержанием хорошей жизни в Греции, не сопоставимы с потенциальными потерями от выхода этой страны из еврозоны. Но если Германия и Франция не «ликвидируют» Грецию, то на очереди Италия. Спасая Италию, Германия утонет сама. И тогда будет такая Великая Депрессия, что живые позавидуют мертвым. Сохранить евро и еврозону можно, только «убив» все проблемные страны. Сложный выбор, но кто говорил, что будет легко?

  • Европейский центральный банк долгое время скупал разнообразные долговые обязательства государств ЕС, пребывающих ныне в плачевном состоянии. Среди прочего, было выкуплено долговых обязательств Италии и Испании на впечатляющую сумму в 22 миллиарда евро. В случае попытки «развода» неизбежно возникнет проблема возврата денежных средств. К тому же, против такого варианта уже сейчас горячо протестуют в Греции, правительство которой было обижено отказом Меркель и Саркози принять идею единых европейских облигаций, которую Греция по понятным причинам активно лоббировала.

  • На 7 сентября в Конституционном суде ФРГ запланированы публичные слушания по иску против первого пакета финансовой помощи Греции. Иск был подан представителем партийного блока ХДС/ХСС, и речь в нём идёт о том, что выделение таких кредитов нарушает ряд статей немецкой конституции. Ситуация неоднозначна настолько, что канцлер Меркель отменила свое участие в Мировом политическом форуме, который будет проведён 7-8 сентября в Ярославле.

В этом разделе

Самый мощный поток иммиграции из Мексики пришелся на 2000 г., когда из этой страны в США переехали 700 тыс. человек. Однако теперь ситуация изменилась. Пожалуй, тот факт, что мексиканцы «голосуют ногами» против благоприятных прогнозов, является одним из показательных индикаторов того, что экономика США будет сокращаться более значительными темпами, нежели ожидают эксперты.

 

Количество реформ, проводимых нынешним правительством Венгрии, а, главное, объем реформируемых экономических и политических институтов не имеет прецедентов в современной Европе. Кроме премьера Виктора Орбана, пожалуй, никто даже в его правительстве не представляет себе сложности положения современной Венгрии. Венгерское правительство подвергается жесткому давлению международных организаций. Орбан напряженно ожидает решения Международного Валютного Фонда о предоставлении кредита Венгрии, что должно дать позитивный сигнал рынкам.

 

Если не решать проблему безработицы хотя бы в самых «больных» государствах ЕС, то условно положительные плоды, полученные от «недодефолта» Греции, в обозримой перспективе будут подпорчены необходимостью выплаты всё возрастающих пособий. На этом фоне тем более показателен факт того, что гражданам США в массовом порядке и впервые, кажется, в истории, предлагается стать трудовыми мигрантами.

 

Поскольку инициативы государственного секретаря США Хиллари Клинтон, премьер-министра Болгарии Бойко Борисова и президента Болгарии Росена Плевнелиева в деле «преодоления энергетической зависимости от России» разворачиваются в одном направлении, возникает вопрос: каким образом череда разорванных соглашений повлияет на самый главный совместный проект России и Болгарии — «Южный поток»?

 

На днях в Нью-Дели состоялся IV саммит BRICS, организации, объединяющей Бразилию, Россию, Индию, Китай и Южно-Африканскую республику. Несмотря на краткую продолжительность саммита, его значение можно смело считать значительным. Во всяком случае, лидеры стран-участников явно не были склонны ограничиваться принятием чисто символических итоговых резолюций, и результаты саммита выглядят очень внушительно.

 

По словам официальных лиц, Украина до июля рассчитывает получить от европейских финансовых институтов первый транш в размере 308 миллионов евро на модернизацию ГТС. Правда, в самом ЕС говорят о лишь том, что они надеются до конца лета лишь обсудить вопрос о возможности выделения подобной помощи. Впрочем, если верить озвученному Нацбанком Украины прогнозу прочности национальной экономики, то даже июль может оказаться недопустимо далёким сроком.

 

Федеральная резервная система по итогам прошлого года получила доход $77,4 млрд. Эта сумма в два раза превышает объем прибыли самой дорогой в мире компании — Apple. И это больше, чем совместный заработок пяти крупнейших американских банков: Goldman Sachs, JPMorgan Chase, Citigroup, Bank of America и Wells Fargo.

 

Во время своего визита в Пекин в рамках форума, посвящённого развитию Китая, глава Международного валютного фонда Кристин Лагард сделала ряд заявлений, которые заслуживают отдельного рассмотрения. На фоне сделанных в декабре предположений Лагард о том, что перед миром стоит реальная перспектива повторения Великой депрессии, сказанное 18 марта можно считать образцом оптимизма.

 

Перекрыв поставки нефти, США, не объявляя войны, смогут фактически загнать КНР в угол. Это, конечно, не значит, что они обязательно начнут реализовывать такую программу сразу, как только разберутся с Ираном, и даже, что вообще дело дойдет до этого. Главное, что они получат возможность в любой момент посадить КНР на голодный топливный паек.

 

Многие банки, в первую очередь итальянские и испанские, направили полученную ликвидность на скупку высокодоходных облигаций. Если дефолт Греции спровоцирует на долговом рынке «эффект домино», которого пока удалось избежать только благодаря раздуванию баланса ЕЦБ до рекордной отметки в 3,02 трлн евро, то банки вдруг окажутся обременены значительным объемом «токсичных» активов. В этом случае банковский сектор Европы ждет длительная игра на выживание.

 

.