Главная | Информационные войны

ПРЕЗИДЕНТСКИЕ ВЫБОРЫ ВО ФРАНЦИИ:
ВОЗМОЖНЫЕ СЦЕНАРИИ

Если сценарий второго тура между кандидатом от Национального фронта (Марину Ле Пен) и представителем правых (Николя Саркози) можно предугадать (по образцу второго тура между Жаком Шираком и Жаном-Мари Ле Пеном), последствия встречи кандидата от Национального фронта и кандидата от левых на сегодняшний день никто предсказать не может. Сегодня многих избирателей и правых партийных функционеров все сильнее прельщает союз с новым Национальным фронтом Марин Ле Пен с целью преградать путь левым.

Социалистическая партия Франции недавно определила своего кандидата на президентские выборы, первый тур которых состоится 22 апреля 2012 года, второй — 6 мая. Им стал Франсуа Оланд, социалист умеренно левого толка, заменивший Доминика Стросс-Кана, который до произошедшего с ним скандала являлся безусловным фаворитом избирателей. Цель левых проста: попытаться снова взять власть в свои руки и сделать так, чтобы впервые с 1995 года президентом Франции вновь стал выходец из Социалистической партии. Последним социалистом, занимавшим пост президента Французской республики, был Франсуа Миттеран — политический персонаж с явно красным оттенком, который за 14 лет президентства (с 1981 по 1995) во многом поспособствовал развалу Франции, только-только вышедшей из периода мощного экономического подъема, так называемого «славного тридцатилетия» (с 1945 по 1973 годы). Миттеран сумел воспользоваться волной социальных протестов, вызванных нефтяными шоками 1973 и 1979 годов для своего избрания на пост президента.

Ему также помогло исчезновение могущественной партии французских коммунистов (его главного левого соперника), многие избиратели которой впоследствии присоединились к Национальному фронту. Коммунистическая партия скатилась с 15% голосов, набранных на президентских выборах в 1981 году до 3% на президентских выборах 2002 года. В то же время Национальный фронт улучшил свои показатели с 0% до 17%. Социологические исследования показывают, что рабочие, трудящиеся и безработные — контингент, составлявший основной электорат коммунистов, на сегодняшний день является главной опорой Национального фронта. Сегодня Национальный фронт кажется этим людям единственной партией, способной защитить страну от массовой иммиграции, от которой страдают рабочие кварталы (смена привычного образа жизни, понижение зарплат в результате конкуренции на рынке труда, растущий уровень преступности), а также от негативных последствий глобализации и расширения Евросоюза (повышения цен и территориального перераспределения производств — как следствие, рост безработицы).

В 1988 «голлист» Жак Ширак сумел оттянуть голоса социалистов, что явилось реакцией на плохое руководство экономикой страны за годы нахождения социалистов у власти, но полномочия Ширака на тот момент были катастрофически малы. Впрочем, в 2002 году Ширак был избран президентом, благодаря тому, что оказался единственным противником Жана-Мари Ле Пена во втором туре президентских выборов. Жак Ширак не забыл, что Ле Пен в 1995 сказал «Ширак — это худший из левых», и в 2002 партия Ширака несомненно сделал всё для того, чтобы на президентских выборах было представлено как можно большее число «левых» кандидатов с целью ослабления позиции и распыления голосов избирателей кандидата от социалистов. Столкнувшись с Ле Пеном во втором туре, Ширак уже был уверен в избрании на пост президента. Однако в случае столкновения во втором туре Жака Ширака и Лионеля Жоспена, скорее всего именно кандидат от социалистической партии был бы избран президентом Французской республики. Победа Жака Ширака над кандидатом-националистом была «триумфальной», так как Ширак получил 82% голосов избирателей — результат, поистине достойный президента какой-нибудь африканской «банановой» республики.

В 2007 году в политических выступлениях кандидатов ощущается некий диссонанс, который стал проявляться, главным образом, после массовых беспорядков 2005 года, охвативших в течение нескольких недель всю страну. Колоссальный рост преступности и актов насилия в городах сделали тему общественной безопасности ключевой в выступлениях всех кандидатов, как правых, так и левых. Это относится и к Сеголен Руаяль, кандидату левого толка (проигравшей во втором туре), но, прежде всего, к Николя Саркози, проведшего напористую предвыборную кампанию под лозунгом защиты национальных ценностей. Он обещал восстановить безопасность в тысячах неблагополучных кварталах Франции, терроризируемых этническими бандами. Речи, в конечном счете, были весьма похожи на речи лидера Национального фронта, что, как следствие, позволило Саркози привлечь на свою сторону большую часть электората партии Жана-Мари Ле Пена и, таким образом, получить президентское кресло. Однако, за время своего президентского срока, Николя Саркози не смог справиться ни с растущим уровнем социальных угроз, ни с экономическими и политическими бедствиями, поразившими страну. Кроме того, подобно остальным главам государств, Саркози столкнулся с мировым финансовым кризисом 2008 года, буквально растоптавшим экономику западных стран. В то время как первый президентский срок Саркози близится к концу, он становится всё менее популярен, а его главные соперники (на сегодняшний день) — как социалист Франсуа Оланд, так и Марин Ле Пен ( кандидат от Национального фронта) продолжают набирать политические очки.

Сегодня кажется очевидным, что во второй тур выйдет один из этих трех кандидатов. Главный и важный вопрос состоит в том, каким будет результат, достаточный для выхода во второй тур. Чем ниже будет порог голосов, тем выше шансы Марин Ле Пен. Однако встреча с ней во втором туре означает победу для кандидата-соперника, кем бы он ни был. Высока вероятность того, что сценарий 2002 года повторится. Кроме того, штабы двух доминирующих партий отныне будут делать все, чтобы как можно большее число маленьких партий появились на противоположном политическом поле, дабы ослабить электоральную поддержку противника. Цель ясна: надо суметь встретиться во втором туре с Марин Ле Пен для того, чтобы оказаться в таком случае гарантом демократии против «фашистской угрозы» и выиграть выборы, избежав при этом необходимости четко разъяснить свою позицию касательно реальных проблем, происходящих в стране. Но если сценарий второго тура между кандидатом от Национального фронта (Марину Ле Пен) и представителем правых (Николя Саркози) можно предугадать (по образцу второго тура между Жаком Шираком и Жаном-Мари Ле Пеном), последствия встречи кандидата от Национального фронта и кандидата от левых на сегодняшний день никто предсказать не может. Сегодня многих избирателей и правых партийных функционеров все сильнее прельщает союз с новым Национальным фронтом Марин Ле Пен с целью преградить путь левым. Подобный тип политических альянсов существует в Италии, где, к примеру, партия Сильвио Берлускони союзничает с националистскими движениями, такими, как Лига Севера.

Столкновение левого кандидата с кандидатом от Национального фронта может расколоть правую партию, разделив ее на два или три различных движения. Можно также представить, что в подобной ситуации, Марин Ле Пен получит не 18% голосов во втором туре (как ее отец в 2002 году), а 30 или 40%, что означало бы окончательное превращение Нового Национального фронта в такую же партию, как социалисты и голлисты.

Вместе с тем, наибольшая опасность для сторонников нынешней власти заключается в другом. Внезапное ухудшение экономической ситуации во Франции или внутри зоны евро, а также вторая волна кризиса может привести к тому, что люди будут массово голосовать «против» действующего главы государства и партии власти. В то время, как процесс дезинтеграции зоны евро уже начался, никто из членов правительства не только не может справиться с ситуацией, но даже предугадать, к чему все это может привести. Накануне предстоящих жестоких испытаний Франция нуждается в сильном капитане, ведущим страну верным курсом. Данным качеством, однако, не обладает никто из нынешних политических лидеров.

 

 

 

RSS Twitter Facebook

Об авторе

Похожие материалы

  • Третье место националистов на выборах 2012 года и почти двукратное удвоение числа избирателей дает основание для далеко идущих прогнозов. Ведь на выборах 2017 года, при такой динамике роста приверженцев и числа сторонников среди молодёжи, Марин Ле Пен действительно получит шанс победить на выборах президента.

  • Англо-саксонские рейтинговые агентства дают понять, что кредитный рейтинг Франции может быть понижен, создавая весьма любопытный фон для начинающейся президентской кампании. При этом значительно сильнее, чем в 2007 году, избирательная кампания будет сосредотачиваться на двух основных направлениях: экономической ситуации и проблемах безопасности внутри страны.

  • Наивно-корпоративный подход не сработал. Картинки на российских телеканалах и на местном канале ТСВ, назойливой агитации со стороны популярных телеведущих и шоуменов оказалось недостаточно для того, чтобы народ Приднестровья полюбил Анатолия Каминского. Заверений, что «именно его поддерживает Россия», оказалось крайне недостаточно. Необходимо было содержание, которое как раз и отсутствовало. Каминский оказался неважным коммуникатором: он не обладал ни харизмой, ни бойцовскими качествами, ни быстротой реакции, ни должной эрудицией, ни чувством юмора, чтобы проводить встречи с избирателями.

  • Пропасть между населением страны и политически активным слоем напоминает события мая 1968 года во Франции, когда состоятельная молодежь позволила вовлечь себя в революцию, во главе которой стояли экстремисты и маоисты. Сейчас же те, кто был в числе лидеров этой революции, сидят в руководстве национальных информационных холдингов, а также крупных компаний, работающих в сфере коммуникаций, или же являются депутатами от демократических, либеральных и проамериканских партий. В мае 1968-го ничтожно малое меньшинство оппортунистов сумело в конечном итоге хитро обвести вокруг пальца большинство и добиться отставки генерала де Голля, последнего патриота Европы. По несчастному совпадению, отставка генерала де Голля практически совпала с концом «славного тридцатилетия» (30-ти лет сильного экономического подъема Франции) и началом 40-летней эпохи духовного, политического и экономического упадка страны.

  • Именно так вкратце можно изложить господствующее в американских СМИ мнение об итогах президентских выборов 2012 года. В рядах многотысячной армии комментаторов, публицистов и политтехнологов, освещающих президентские выборы в США, царит уныние. Выборы без интриги неизбежно снизят интерес американцев к главному политическому шоу четырехлетия, что так же неизбежно ударит по карману пишущей и снимающей армии американских журналистов.

В этом разделе

С неделю тому назад на обочине мирового информационного пространства появились робкие всплески слухов о неудачной попытке государственного переворота в одной из самых удивительных стран арабского мира — Катаре. Это государство, численность населения которого равна населению Удмуртской Республики в составе РФ (1 700 000 человек) в последнее время начало претендовать на роль лидера обновленного Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива, тесня на этом направлении авторитет Королевства Саудовской Аравии.

 

На днях в Бахрейне прошел очередной этап «Формулы-1», сопровождающийся массовыми протестами оппозиции, пользующейся поддержкой большинства населения страны. По устоявшейся традиции, во всех государствах, не являющихся сателлитами США, мировые СМИ практикуют исключительно широкое освещение демонстраций и народных волнений. Однако в Бахрейне, который по факту является «непотопляемым авианосцем» США и базой Пятого флота, контролирующего Персидский залив, освещение «Формулы-1» чудесным образом свелось к чисто спортивной тематике.

 

Несмотря на парадоксальность, и даже явную абсурдность заголовка, эти четыре слова — чистая правда. Одна из самых совершенных правовых систем в мире — американская — подвергается сильнейшему давлению со стороны антиконституционной, с американской точки зрения, религиозной правовой системы — исламской. Пока наступление шариатского права носит локальный характер, на федеральном уровне это незаметно, но в отдельных штатах ситуация явно выходит из-под контроля.

 

Площадка для будущей Висагинской АЭС размещена в 2 (двух!) километрах от белорусской границы. И поводов для беспокойства это строительство даёт намного больше — реактор, который предполагается строить в Литве имеет достаточно примитивную конструкцию, однотипен реакторам «Фукусимы», отличается дешевизной постройки и недостаточным по сегодняшним меркам уровнем надёжности. Тем не менее, свою АЭС Литва полагает «самой безопасной в регионе».

 

Контролировать Сеть пытаются не только «авторитарные режимы», но и сами западные демократии. Правда, большинство государств мира пытаются лишь защитить свой информационный суверенитет, в то время как США проводят активную политику по проникновению в интернет-пространство других стран.

 

После того, как были подведены официальные итоги выборов президента Российской Федерации, наступило время реакции. Обычно она выражалась в чисто абстрактных, положительных или умеренных оценках, но иногда выводы принимали более конкретные и осязаемые формы.

 

Вина Мэннинга, который, в отличие от «героев» Вьетнама, Ирака и Афганистана никого не убивал, а лишь пытался открыть глаза миру на преступления своих коллег, для американского государства бесспорна. В отличие от Бэйлса, Вутрича и Келли, он едва ли сможет рассчитывать на снисхождение.

 

С учётом информации о том, что в США с теми или иными нарушениями зарегистрировано порядка 50 миллионов человек, введение американского аналога российской системы контроля за выборами действительно может привести к громким сенсациям.

 

Силы ливийских мятежников, боровшиеся против Муаммара Каддафи, виновны в военных преступлениях. Такие сенсационные выводы содержатся в докладе экспертной комиссии ООН, содержание которого стало известно журналистам Assosiated Press 2 марта. Доклад был подготовлен комиссией под руководством канадского судьи Филиппа Кирша, для изучения преступлений, совершаемых в ходе вооруженного конфликта в Ливии.

 

Как минимум, с 2000 года идёт обобщение и использование новых наработок, позволяющих свергать неугодные Госдепартаменту и Пентагону режимы. Существует целая индустрия по дезинформации, манипулированию общественным мнением, причём действующие по заказу активисты, реальные или виртуальные, обладают прикрытием, разработанным структурами американского ВПК. Что самое удивительное — до сих пор находятся люди, которые искренне уверены в «стихийности» народных протестов, а проходящие под эгидой Пентагона операции психологической войны рассматривают как «свободное выражение общественного мнения».

 

.