Главная | Информационные войны

КАТАР: ТРЕТЬЯ МОДЕЛЬ ЭКСПАНСИИ.
В борьбе за лидерство в арабском мире эмират комбинирует методы Саудовской Аравии и Запада

Ат-Тани грамотно пытается оседлать исламисткую волну и рассчитывает, что в момент, когда светские режимы падут, ему удастся пожать все лавры, опередив Саудовскую Аравию. И стать если не главным, то одним из главнейших центров арабо-мусульманского мира. Запад, использовав Катар в качестве «дубинки» для достижения своих целей в Ливии, рискует столкнуться с целым рядом непредвиденных последствий. Сейчас Катар стремится закрепить за собой результаты победы, что не может не волновать Евросоюз.

2011 год можно смело называть «годом Катара». События в Сирии и особенно в Ливии служат наглядным подтверждением появления новой региональной державы, название которой еще недавно мало что говорило простым обывателям. Пример катарского успеха на том же ливийском фронте наглядно говорит о том, вовсе не обязательно иметь большую площадь, многомиллионное население и мощные вооруженные силы для того, чтобы быть активным и успешным игроком большой политики.

Именно Катар сыграл одну из ключевых ролей в падении своего старого идеологического врага Каддафи. Казалось бы, обладая вооруженными силами численность в 12300 человек, нечего и рассчитывать на успех в военном противостоянии. Разумеется, несколько сотен катарских военных, направленных в Ливию, были неспособны сломить Полковника без помощи авиации НАТО.

Впрочем, участие военнослужащих Катара имело лишь вспомогательное значение. Куда большую роль в ливийском успехе Дохи сыграли дипломатические усилия, финансовая поддержка и умелое ведение информационной войны. Так, агрессии НАТО против Ливии предшествовала приостановка её членства в Лиге арабских государств (ЛАГ), которую активно продвигала Доха. Именно Катар выступил одной из главных площадок реализации замысла по свержению Каддафи. Здесь, в частности, обсуждалось изменение стратегии и тактики борьбы против Полковника, которого не удалось свергнуть «с ходу».

Немалое значение имело и финансовое обеспечение действий как повстанцев, так и Запада. Катар использовал для этого наемников, услуги которых, как выясняется сейчас, оплачивались из Дохи. Одним из секретов, почему, несмотря на громадные военные расходы, НАТО практически не снижало темпы нанесения ударов по Ливии, были катарские деньги. Именно благодаря ним альянс и покрыл часть расходов на свержение Каддафи. Кроме того, именно Катар с его телеканалом «Аль-Джазира» стал одним из главнейших центров ведения информационной войны против Каддафи.

Аппетит приходит во время еды: после Ливии — Сирия

Теперь катарский эмир, войдя во вкус, активно пытается свергнуть и президента Сирии Асада. Сейчас мы наблюдаем успешную реализацию первого этапа по изоляции этой страны в арабском мире. Ат-Тани старается громче всех крикнуть о массовых нарушениях прав человека в этой стране, пытаясь взять в свои руки реализацию антисирийских инициатив. Достаточно обратить внимание на личную активность Его Величества, не поленившегося лично приехать в Дамаск, чтобы предложить Асаду изначально невыполнимый ультиматум с последующей «поркой» в ЛАГ. Весь этот спектакль был призван продемонстрировать значимость крохотного Катара среди арабских стран и создать ощущение того, что именно он задает тон в регионе.

Показательно, что пока это у него получается. Удивительным образом даже те страны, с которыми у катарского эмира были, мягко говоря, не простые отношения, вроде Алжира и Судана, в данном случае невольно пляшут под его дудку. Сейчас Ат-Тани не скрывает, что готов профинансировать и свержение Асада, заявляя, что выделит на возможную военную операцию против сирийского режима 100 млрд долларов.

Катар выбирает «британскую модель»

Изначально основу могущества Катара составили «газовые», а не нефтяные деньги. Наладив производство сжиженного газа, это государство, с точки зрения Запада является более важнейшим энергетическим партнером. А наличие колоссальных денежных средств, вырученных от реализации «голубого золота» способствовало появлению амбиций в лидеры не только арабского, но и мусульманского мира.

Эта тенденция стала проявляться еще с середины 1990-х гг. В этот период катарский режим не только грамотно вкладывает деньги в экономику, рассчитывая в будущем использовать эти средства как политический рычаг, но и умело применяет передовые достижения Запада в сфере помощью масс-медиа.

В 1996 году Ат-Тани обзавелся собственным рупором, телеканалом «Аль-Джазирой». Создание и последующая раскрутка этого телеканала при помощи британских менеджеров является одной из главных составляющих катарского успеха. Его наличие дало Катару мощнейшее оружие в информационных войнах. Сегодня фальсификации и постановочные сюжеты «Аль-Джазиры» без тени сомнения проглатываются даже публикой, скептически настроенной по отношению к западным СМИ.

Пока что Ат-Тани является, с точки зрения непримиримых исламистов, «лакеем Запада». Однако то, что они ощущают, слушая и просматривая «Аль-Джазиру», вполне отвечает их чаяниям. И, как следствие, волей-неволей заставляет многих примириться с «западными делишками» Его Величества. Как известно, лакмусовой бумажкой относительно уровня исламизма того или иного лидера в мусульманском мире является отношение к Палестине и Израилю. С этим у Его Величества все в порядке. Чего, к примеру, стоит его недавняя дружба с ХАМАС?

Кроме того, эмират использует тесные связи со многими полевыми командирами и лидерами оппозиции стран Ближнего и Среднего Востока. Более того, следуя примеру Великобритании, Катар сознательно превратил свою территорию в заповедник для разного рода «политических беженцев», рассчитывая в будущем их использовать в своих интересах. Правда, как продемонстрировал факт ликвидации одного из лидеров чеченских боевиков Зелимхана Яндарбиева, подобная политика может привести к трениям с большими державами.

В 2004 году Катару пришлось не только выпустить российских граждан, обвиненных в покушении на Яндарбиева, но еще и согласовывать свои действия с Москвой в газовой сфере, где между двумя государствами наблюдалась конкуренция. Впрочем, в условиях сравнительной узости газового рынка по сравнению с нефтяным, у Москвы и Дохи появился шанс договариваться и влиять на ценообразование по голубому топливу. Достаточно вспомнить катарскую инициативу создания «газовой ОПЕК».

Катар и Саудовская Аравия: «новаторы» обходят «догматиков»

Одной из первых попыток Катара опробовать собственные силы в глобальной политике стала недавняя попытка отстранения от власти суданского президента аль-Башира. Несмотря на то, что она не достигла всех поставленных целей, определенный результат все же был достигнут: Катар продемонстрировал собственную значимость не только в глазах арабского мира, но и Запада, обрушившегося на суданского лидера с обвинениями по поводу преступлений в Дарфуре.

Впрочем, катарские амбиции явно идут вразрез с тем, что делает Саудовская Аравия, которую своими умелыми действиями Катар уже начинает затмевать. Самыми вызывающими, с точки зрения саудитов, шагами, являются дипломатический флирт Катара с Ираном и «происки» Ат-Тани в Йемене. Доха, на словах представляющая себя посредником в деле урегулирования йеменского кризиса, активно «подкармливает» антисаудовски настроенную оппозицию. Причем не светскую из Таиза, а куда более радикальную из «Ислаха», орудующую в Сане.

Ат-Тани грамотно пытается оседлать исламисткую волну и рассчитывает, что в момент, когда светские режимы падут, ему удастся пожать все лавры, опередив Саудовскую Аравию. И стать если не главным, то одним из главнейших центров арабо-мусульманского мира.

Консервативность саудовских правителей лишает их возможности маневра и многих потенциальных союзников. Несомненно, благодаря колоссальным деньгам, саудиты добиваются определенных успехов в создании ваххабитских ячеек по всему исламскому миру. Однако катарцы не замыкаются на работе с маргиналами и оппозицией. Как показывает практика, они готовы извлекать выгоду из отношений как с исламской оппозицией, так и противостоящим им властями.

Катар работает практически со всеми, кто может принести ему пользу. В отличие от саудитов, Ат-Тани легко меняют тактику глобальной игры. Это, например, демонстрируют связи Ат-Тани с нынешними светскими правителями Алжира. Казалось бы, чем лучше тот же Бутефлика Каддафи или Асада? С позиции исламиста Ат-Тани, он хуже и того и другого, поскольку активно боролся и борется против исламистов. И не в последнюю очередь благодаря алжирским усилиям так долго держался Каддафи.

Тем не менее, Ат-Тани активно обхаживает Бутефлику, минимум раз в полгода наносит ему личные визиты и даже участвует с ним в соколиной охоте, демонстрируя тесный характер «особых отношений». Казалось бы, к чему Его Величеству такие унижения перед «узурпаторами» и врагами «истинной веры»? А все потому, что Ат-Тани не прочь выгодно вложить деньги в нефтегазовый комплекс Алжира. И на этом поле Катар вполне может составить серьезную конкуренцию старому союзнику — Франции, которая также активно интересуется алжирскими углеводородами.

Катар — новый конкурент Китая в Африке?

Свержение Каддафи привело к коренному изменению ситуации в Африке. Угрозы, исходящие от исламистов, выросли на порядок. Как известно, благодаря своим старым связям с целым рядом африканских политических деятелей и их регулярной финансовой подпиткой Полковник играл очень серьезную роль на Черном континенте. Каддафи поддерживал светские режимы с панафриканской идеологией, которые теперь остались один на один «группами джихада».

Если учесть, что в феврале 2011 г. пал другой катарский недоброжелатель, Мубарак, у Катара почти не осталось соперников в арабском мире для захвата ключевых позиций в экономике Черного континента. Алжир, несмотря на его видную политическую роль в Африке, явно не тянет на серьезного конкурента в экономике.

Однако не надо думать, что образовавшуюся нишу некем заполнить. Катарский эмир тратит деньги от реализации углеводородов не только на поддержку радикалов и свержение светских режимов, но и вкладывает их в интересующие его отрасли промышленности. В первую очередь, сырьевой. В Африке для этого достаточно широкие горизонты.

Однако не следует думать, что Черный континент падет к стопам Его Величества. Китай, у которого на порядок больше возможностей и который не склонен навязывать своим партнерам идеологические установки, явно находится в более выигрышном положении.

Ат-Тани и Евросоюз: неприятные последствия катарского рывка

Запад, использовав Катар в качестве «дубинки» для достижения своих целей в Ливии, рискует столкнуться с целым рядом непредвиденных последствий. Сейчас Катар стремится закрепить за собой результаты победы, что не может не волновать Евросоюз. Ведь после смерти Каддафи его противники начали делить власть и катарский эмир, пользуясь ситуацией, пытается «подмять» Ливию под себя. Хотя это идет вразрез с интересами Франции, на которую во многом Катар завязан экономически.

Как известно Запад сделал ставку на «либеральный» костяк ПНС, тогда как Катар — на исламистов. Доха продолжает финансировать и снабжать оружием последних, и исламисты уже начинают прибирать к рукам власть в стране. Но люди Ат-Тани на этом не останавливаются: они открыто вмешиваются в формирование структур исполнительной власти Ливии. Не ограничиваясь получением их ставленниками политических командных высот (успех Катара явно заметен на примере списка персоналий нового муниципалитета Триполи), они уже делают указания, как строить новую Ливию.

Разумеется, это вызывает раздражение в ПНС. Явно претендующий на роль «главного либерала» и проводника западных интересов в стране Али Тартуни открытым текстом дал понять Катару, что следует «стучать в дверь, прежде чем в нее заходить, а не наоборот».

Тем самым он дал соответствующий сигнал своим западным покровителям, которые уже не смогли равнодушно наблюдать за тем, как Катар прибирает Ливию к рукам. Не случайно французский президент Саркози в октябре провел тайную встречу с катарским эмиром Бен Халифа Ат-Тани, передав ему западные «пожелания» впредь «более тесно координировать действия в Ливии с ПНС». Фактически, пользуясь давними доверительными связями между французским и катарским руководством, он выразил коллективное мнение стран НАТО по этому вопросу.

Конечно, полностью игнорировать интересы Запада, являющегося гарантом безопасности Катара, эмир не может. Но он явно не намерен целиком и полностью выполнять «пожелания» Саркози. Ведь, во-первых, в данном случае можно говорить о взаимной зависимости Катара и его западных друзей: Ат-Тани прекрасно понимание значение катарского газа для ЕС. Во-вторых, стороны явно не будут ссориться раньше времени, когда на кону стоит решение судьбы Сирии.

Между тем, Катар явно находится в более выигрышной позиции по Ливии, чем французы. И дело не только в том, что на словах катарский эмир может пообещать им все, что угодно, а на деле продолжать негласно поддерживать ливийских радикалов. Достаточно вспомнить о том, что НАТО уже прекратило операцию в Ливии, тогда как сотни катарских военных все еще продолжают находиться на ливийской земле и оказывать заметное влияние на события в этой стране.

 

 

 

RSS Twitter Facebook

Об авторе

Похожие материалы

  • Выносить окончательные вердикты пока рано. Фактом является лишь то, что эмир Катара действительно находится не дома, а в Италии. При этом следует отметить, что объективная вероятность государственного переворота в Катаре существует. Для неё есть все предпосылки, а за рубежом наверняка имеется достаточное количество лиц, заинтересованных в корректировке внешнеполитического курса Катара.

  • С неделю тому назад на обочине мирового информационного пространства появились робкие всплески слухов о неудачной попытке государственного переворота в одной из самых удивительных стран арабского мира — Катаре. Это государство, численность населения которого равна населению Удмуртской Республики в составе РФ (1 700 000 человек) в последнее время начало претендовать на роль лидера обновленного Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива, тесня на этом направлении авторитет Королевства Саудовской Аравии.

  • Какие цели преследуют инициаторы «сирийской порки»? Неужели монархи Персидского залива всерьез озабочены состоянием прав человека в Сирии? Судя по ряду положений в их законодательстве, подразумевающем отсечение конечностей и побивание камнями, а также по той жестокости, с которой было подавлено выступление шиитов в Бахрейне, сами по себе права человека Катар и Саудовскую Аравию интересуют мало. В первую очередь они добиваются ликвидации союзного Ирану сирийского режима.

  • Маленькое государство Катар, расположенное на Аравийском полуострове, и насчитывающее всего около 1 миллиона 700 тысяч жителей, в последнее время все более активно заявляет о себе в международных делах. Абсолютная монархия, которая с помощью принадлежащей ей телекомпании Аль-Джазира пропагандирует демократические ценности, союзник США, предоставляющий свою территорию для военной базы Ас-Салиях, ставшей центром управления коалиционными войсками НАТО в ходе агрессии против Ирака, участник операции НАТО в Ливии, будущий центр переговоров афганского правительства с талибами, и еще много довольно странных инициатив для столь незначительного, но крайне амбициозного игрока на международной арене.

  • Координация действий России и Катара на газовых рынках имеет важное значение для мировой экономики. Возможность формировать единую концепцию ценовой политики делает энергетический рынок более предсказуемым, защищая его от информационных и политических манипуляций. Однако в мире есть достаточно сил, которым такой поворот событий представляется крайне неблагоприятным. И для того, чтобы осложнить взаимодействие двух крупнейших поставщиков газа, используется не только экономические рычаги. В этом контексте весьма показательно недавнее нападение на российского посла в Дохе, совершенное местными полицейскими и таможенниками.

В этом разделе

С неделю тому назад на обочине мирового информационного пространства появились робкие всплески слухов о неудачной попытке государственного переворота в одной из самых удивительных стран арабского мира — Катаре. Это государство, численность населения которого равна населению Удмуртской Республики в составе РФ (1 700 000 человек) в последнее время начало претендовать на роль лидера обновленного Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива, тесня на этом направлении авторитет Королевства Саудовской Аравии.

 

На днях в Бахрейне прошел очередной этап «Формулы-1», сопровождающийся массовыми протестами оппозиции, пользующейся поддержкой большинства населения страны. По устоявшейся традиции, во всех государствах, не являющихся сателлитами США, мировые СМИ практикуют исключительно широкое освещение демонстраций и народных волнений. Однако в Бахрейне, который по факту является «непотопляемым авианосцем» США и базой Пятого флота, контролирующего Персидский залив, освещение «Формулы-1» чудесным образом свелось к чисто спортивной тематике.

 

Несмотря на парадоксальность, и даже явную абсурдность заголовка, эти четыре слова — чистая правда. Одна из самых совершенных правовых систем в мире — американская — подвергается сильнейшему давлению со стороны антиконституционной, с американской точки зрения, религиозной правовой системы — исламской. Пока наступление шариатского права носит локальный характер, на федеральном уровне это незаметно, но в отдельных штатах ситуация явно выходит из-под контроля.

 

Площадка для будущей Висагинской АЭС размещена в 2 (двух!) километрах от белорусской границы. И поводов для беспокойства это строительство даёт намного больше — реактор, который предполагается строить в Литве имеет достаточно примитивную конструкцию, однотипен реакторам «Фукусимы», отличается дешевизной постройки и недостаточным по сегодняшним меркам уровнем надёжности. Тем не менее, свою АЭС Литва полагает «самой безопасной в регионе».

 

Контролировать Сеть пытаются не только «авторитарные режимы», но и сами западные демократии. Правда, большинство государств мира пытаются лишь защитить свой информационный суверенитет, в то время как США проводят активную политику по проникновению в интернет-пространство других стран.

 

После того, как были подведены официальные итоги выборов президента Российской Федерации, наступило время реакции. Обычно она выражалась в чисто абстрактных, положительных или умеренных оценках, но иногда выводы принимали более конкретные и осязаемые формы.

 

Вина Мэннинга, который, в отличие от «героев» Вьетнама, Ирака и Афганистана никого не убивал, а лишь пытался открыть глаза миру на преступления своих коллег, для американского государства бесспорна. В отличие от Бэйлса, Вутрича и Келли, он едва ли сможет рассчитывать на снисхождение.

 

С учётом информации о том, что в США с теми или иными нарушениями зарегистрировано порядка 50 миллионов человек, введение американского аналога российской системы контроля за выборами действительно может привести к громким сенсациям.

 

Силы ливийских мятежников, боровшиеся против Муаммара Каддафи, виновны в военных преступлениях. Такие сенсационные выводы содержатся в докладе экспертной комиссии ООН, содержание которого стало известно журналистам Assosiated Press 2 марта. Доклад был подготовлен комиссией под руководством канадского судьи Филиппа Кирша, для изучения преступлений, совершаемых в ходе вооруженного конфликта в Ливии.

 

Как минимум, с 2000 года идёт обобщение и использование новых наработок, позволяющих свергать неугодные Госдепартаменту и Пентагону режимы. Существует целая индустрия по дезинформации, манипулированию общественным мнением, причём действующие по заказу активисты, реальные или виртуальные, обладают прикрытием, разработанным структурами американского ВПК. Что самое удивительное — до сих пор находятся люди, которые искренне уверены в «стихийности» народных протестов, а проходящие под эгидой Пентагона операции психологической войны рассматривают как «свободное выражение общественного мнения».

 

.