Главная | Информационные войны

СИРИЯ КАК «ПРОХОДНОЙ ДВОР» ДЛЯ ТЕРРОРИСТОВ. Почему власти бояться закрыть страну для подрывных элементов извне? Из цикла «Сирия глазами очевидца»

Сирийское руководство, жалуясь на ведение против него подрывной работы со стороны Катара и Саудовской Аравии, боится защитить себя хотя бы визовым барьером! Сегодня любой гражданин любой арабской страны может приехать в Сирию свободно, как к себе домой, что в немалой степени облегчает проведение деструктивных акций. Те же катарцы и саудиты свободно везут на сирийскую территорию чемоданы наличных денег для оплаты терактов и провоза оружия, а сирийские государственные мужи продолжают, как и прежде, рассуждать «об арабском единстве».

Находясь в Дамаске, автор этих строк смог пообщаться с генерал-лейтенантом Усамой Хадуром, начальником службы политической подготовки сирийских вооруженных сил. В своем выступлении тот долго жаловался на происки внешних сил, на то, что Сирия стала жертвой зарубежного заговора, что террористы из-за угла убивают его подчиненных и представителей власти. И по традиции, в духе всех остальных представителей руководства страны заявил, что она очень сильно надеется на заступничество России.

И вот когда настал черед задавать вопросы и получать ответы, то я не уставал удивляться наивности сирийского руководства. Усама Хадур был не первым, кого я спросил по поводу визового режима, действующего в отношении России, но не распространяющегося на граждан арабских стран. Было интересно узнать, есть ли среди сирийских лидеров люди, способные адекватно оценить ситуацию?

В ответ на мой вопрос «замполит» Усама Хадур ответил довольно наивной фразой — мы, мол, являемся братской страной для всех арабов и поэтому не можем закрывать свои границы даже для граждан наиболее агрессивно настроенных по отношению к нам государств арабского мира. Генерал подчеркнул, что соответствующие ограничительные меры начинают реализовываться в отношении Турции. В случае же, если Сирия предпримет такие меры против стран Залива, это вызовет резкую критику со стороны той же Саудовской Аравии — они заявят, что сирийские заявления о стремлении к единству со всеми арабами являются фикцией.

Иными словами, сирийское руководство, жалуясь на ведение против него подрывной работы со стороны Катара и Саудовской Аравии, боится защитить себя хотя бы визовым барьером. (!) Сегодня любой гражданин любой арабской страны может приехать в Сирию свободно, как к себе домой, что в немалой степени облегчает проведение деструктивных акций. Те же катарцы и саудиты свободно везут на сирийскую территорию чемоданы наличных денег для оплаты терактов и провоза оружия, а сирийские государственные мужи продолжают, как и прежде, рассуждать «об арабском единстве». Стоит ли удивляться тому, что борьба с террористами в стране стала похожей на отлов крыс в амбаре без стен?

Как ни странно, многие представители силовых структур также против введения виз. Дескать, все бандиты и так пробираются в Сирию тайком. Кроме того, у Сирии никогда не было контролируемых границ и никто специально не отслеживал передвижение людей. Допустим, так было раньше. Но почему бы сейчас, в принципиально иной ситуации, не пойти на введение режима прописки и регистрации, благодаря которому правоохранительные органы могли бы контролировать перемещение как сирийцев, так и иностранцев, арестовывая «до выяснения обстоятельств » подозрительных лиц?

Напомним, что подобная практика полностью оправдала себя на заключительном этапе гражданской войны в России во время борьбы с повстанческими движениями. Милиция, ВЧК, ЧОН задерживали, к примеру, в 1921-22 гг. всех потенциально опасных лиц на территории Моршанского уезда Тамбовской губернии, не являющихся его жителями, пусть даже они и приехали из соседнего Козловского уезда «навестить родственников», но почему-то не зарегистрировались в органах власти. Тем самым резко осложнялась связь между подпольными центрами и отдельными повстанческими отрядами.

Разумеется, сейчас «не то время». Однако подобные схемы действовали в Сирии совсем недавно, в кризисном 1982 году. Почему бы властям страны не вспомнить это «хорошо забытое старое», но уже в рамках всей страны? Создается впечатление, что чиновники просто не хотят себя обременять дополнительной работой, которая ляжет на них в случае введения в стране подобного режима. Ведь, в отличие от событий 30-летней давности жесткий миграционный режим придется вводить уже не только в провинции Хама, но и по всей Сирии. Разумеется, у этого подхода масса минусов, которые, впрочем, заметно перевешивают плюсы. Главное, однако, заключается в том, что нужно предпринимать меры для изменения ситуации, при которой Сирия является проходным двором для всех желающих.

Одним из объяснений истинных причин того, по которым власти не идут на введение виз для «братских Катара и Саудовской Аравии», служат опасения, что подобные меры вызовут еще большее недовольство в обществе. Дело в том, что многие сирийцы выезжают на заработки в богатые страны Персидского залива. И одностороннее введение Дамаском визового режима вызвать ответную реакцию со стороны других стран, что ударит по карману многих сирийцев. Впрочем, тут уж надо выбирать, что для сирийской власти важнее: финансовое благополучие части граждан, многие из которых за время своей работы в странах Залива стали их «агентами влияния» в Сирии, или безопасность государства в целом.

Автор этих строк задал Усаме Хадуру и другой вопрос: «Почему Сирия не воспользуется позитивным опытом того же Алжира, чье руководство во многом выиграло гражданскую войну 1992–99 гг. против исламистов, опираясь на народные отряды самообороны? По крайней мере, если уж вы не доверяете курдам, можно раздать оружие алавитам, являющимся опорой режима!» Генерал-лейтенант в ответ выразил опасение, что наличие на руках населения большого количество единиц огнестрельного оружия может лишь привести к дополнительной эскалации насилия и что особенно опасно выделять здесь кого-то по этноконфессиональному признаку. Особенно в условиях, когда враждебные Сирии силы делают ставку на сталкивание сирийцев разного вероисповедания».

Как можно прокомментировать подобный ответ? «Как бы не было хуже!» — вот главная мотивация сирийского руководства. Разумеется, было бы преувеличением видеть в такой позиции боязнь собственного народа. По крайней мере, от тех же алавитов, которым грозит резня и на которых опирается сама власть, ожидать подвоха не приходится. Судя по всему, в ответе Усамы Хадура зеркально отражается реакция человека у власти, который еще не осознал в должной мере степень опасности, грозящей стране.

Между тем, армейские подразделения, предназначенные для борьбы с внешним врагом, слишком громоздки и немобильны для борьбы с небольшими группами террористов. Военные просто физически не могут быть везде и повсюду, и потому не могут оперативно реагировать на все вылазки террористов. В этом-то и могли бы помочь отряды самообороны на местах. К примеру, в каждом районе страны все проверенные и лояльные власти граждане организуются в специальные формирования, которые в случае какого-то происшествия первыми на него реагируют. Ведь к приходу военных террористы, как правило, уже успевают уйти.

Напомним, что успешный опыт создания и функционирования подобных формирований, предназначенных для борьбы с повстанческими движениями, имеется и в России. Достаточно вспомнить части особого назначения (ЧОН), состоявшие из коммунистов и комсомольцев, а также «сознательных революционных рабочих». Почему бы не создать подобные ЧОНы и в Сирии? Разумеется, специфика здесь несколько иная. Впрочем, основой для формирования таких отрядов могут послужить местные организации партии «Баас», а также алавитские и христианские общины.

Правда, справедливости ради надо сказать, что потом «вполголоса» представители сирийской стороны сообщили мне, что многие из алавитов уже имеют разрешенное по закону оружие. Речь идет об охотничьих ружьях и пистолетах. Но можно ли с их помощью противостоять боевикам, вооруженным автоматами и гранатометами?

 

 

 

RSS Twitter Facebook

Об авторе

Похожие материалы

  • Какие цели преследуют инициаторы «сирийской порки»? Неужели монархи Персидского залива всерьез озабочены состоянием прав человека в Сирии? Судя по ряду положений в их законодательстве, подразумевающем отсечение конечностей и побивание камнями, а также по той жестокости, с которой было подавлено выступление шиитов в Бахрейне, сами по себе права человека Катар и Саудовскую Аравию интересуют мало. В первую очередь они добиваются ликвидации союзного Ирану сирийского режима.

  • Система почти тотальной бесконтрольности спецслужб породила массу злоупотреблений, одним из которых стала коррупция, о которой в Сирии ходят легенды. Недавно были арестованы начальник госбезопасности Хомса и большая часть его подчиненных, которые помогали бандитам за деньги. Выяснилось, что почти везде, где происходили вооруженные выступления, имело место предательство. Наиболее показательными, однако, были июньские события в Джиср-эш-Шугуре. Тогда среди работников секретных служб нашелся «крот», благодаря которому в смертельную ловушку попали более сотни представителей режима.

  • Армия Башара Асада — это не виртуальная величина, а вполне реальная и очень мощная сила. Факт остается фактом: ни одно из подразделений 315-тысячных вооруженных сил Сирии так и не перешло на сторону противников режима, заявляющих о себе как о «восставшем народе». Если смотреть на вещи объективно, то тезис об общенародной поддержке оппозиционеров вызывает большие сомнения. Как известно, армия является частью народа. Стали бы представители народа стрелять в «массы возмущенных сограждан»?

  • Рекрутированные ранее для выполнения «грязной работы» талибы и подобные им международные террористы едва ли останутся без дела. Открытие своего официального представительства в Катаре лидеры движения «Талибан» воспринимают как появление первого зарубежного представительства «Исламского эмирата Афганистан», самопровозглашённого талибского государства, признанного в свое время Пакистаном, Саудовской Аравией и ОАЭ. Получается, что десятилетие войны между США и «Талибаном» явно приносится в жертву каким-то другим целям.

  • Речь об официально признанном министром иностранных дел Саудовской Аравии факте... контрабанды оружия. Вполне возможно, что оружие к боевикам СОА идёт не только «легально», от Саудовской Аравии. Кувейт и Катар также не единожды выступали с предложениями такого рода.

В этом разделе

С неделю тому назад на обочине мирового информационного пространства появились робкие всплески слухов о неудачной попытке государственного переворота в одной из самых удивительных стран арабского мира — Катаре. Это государство, численность населения которого равна населению Удмуртской Республики в составе РФ (1 700 000 человек) в последнее время начало претендовать на роль лидера обновленного Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива, тесня на этом направлении авторитет Королевства Саудовской Аравии.

 

На днях в Бахрейне прошел очередной этап «Формулы-1», сопровождающийся массовыми протестами оппозиции, пользующейся поддержкой большинства населения страны. По устоявшейся традиции, во всех государствах, не являющихся сателлитами США, мировые СМИ практикуют исключительно широкое освещение демонстраций и народных волнений. Однако в Бахрейне, который по факту является «непотопляемым авианосцем» США и базой Пятого флота, контролирующего Персидский залив, освещение «Формулы-1» чудесным образом свелось к чисто спортивной тематике.

 

Несмотря на парадоксальность, и даже явную абсурдность заголовка, эти четыре слова — чистая правда. Одна из самых совершенных правовых систем в мире — американская — подвергается сильнейшему давлению со стороны антиконституционной, с американской точки зрения, религиозной правовой системы — исламской. Пока наступление шариатского права носит локальный характер, на федеральном уровне это незаметно, но в отдельных штатах ситуация явно выходит из-под контроля.

 

Площадка для будущей Висагинской АЭС размещена в 2 (двух!) километрах от белорусской границы. И поводов для беспокойства это строительство даёт намного больше — реактор, который предполагается строить в Литве имеет достаточно примитивную конструкцию, однотипен реакторам «Фукусимы», отличается дешевизной постройки и недостаточным по сегодняшним меркам уровнем надёжности. Тем не менее, свою АЭС Литва полагает «самой безопасной в регионе».

 

Контролировать Сеть пытаются не только «авторитарные режимы», но и сами западные демократии. Правда, большинство государств мира пытаются лишь защитить свой информационный суверенитет, в то время как США проводят активную политику по проникновению в интернет-пространство других стран.

 

После того, как были подведены официальные итоги выборов президента Российской Федерации, наступило время реакции. Обычно она выражалась в чисто абстрактных, положительных или умеренных оценках, но иногда выводы принимали более конкретные и осязаемые формы.

 

Вина Мэннинга, который, в отличие от «героев» Вьетнама, Ирака и Афганистана никого не убивал, а лишь пытался открыть глаза миру на преступления своих коллег, для американского государства бесспорна. В отличие от Бэйлса, Вутрича и Келли, он едва ли сможет рассчитывать на снисхождение.

 

С учётом информации о том, что в США с теми или иными нарушениями зарегистрировано порядка 50 миллионов человек, введение американского аналога российской системы контроля за выборами действительно может привести к громким сенсациям.

 

Силы ливийских мятежников, боровшиеся против Муаммара Каддафи, виновны в военных преступлениях. Такие сенсационные выводы содержатся в докладе экспертной комиссии ООН, содержание которого стало известно журналистам Assosiated Press 2 марта. Доклад был подготовлен комиссией под руководством канадского судьи Филиппа Кирша, для изучения преступлений, совершаемых в ходе вооруженного конфликта в Ливии.

 

Как минимум, с 2000 года идёт обобщение и использование новых наработок, позволяющих свергать неугодные Госдепартаменту и Пентагону режимы. Существует целая индустрия по дезинформации, манипулированию общественным мнением, причём действующие по заказу активисты, реальные или виртуальные, обладают прикрытием, разработанным структурами американского ВПК. Что самое удивительное — до сих пор находятся люди, которые искренне уверены в «стихийности» народных протестов, а проходящие под эгидой Пентагона операции психологической войны рассматривают как «свободное выражение общественного мнения».

 

.