Главная | Конспирология

СИРИЯ: «НАРОД ПРОТИВ РЕЖИМА»
ИЛИ «АРМИЯ ПРОТИВ ТЕРРОРИСТОВ»?

Армия Башара Асада — это не виртуальная величина, а вполне реальная и очень мощная сила. Факт остается фактом: ни одно из подразделений 315-тысячных вооруженных сил Сирии так и не перешло на сторону противников режима, заявляющих о себе как о «восставшем народе». Если смотреть на вещи объективно, то тезис об общенародной поддержке оппозиционеров вызывает большие сомнения. Как известно, армия является частью народа. Стали бы представители народа стрелять в «массы возмущенных сограждан»?

После падения Каддафи США, страны ЕС и арабские монархии Персидского залива заметно усилили давление на Сирию. Так, на 12 ноября 2011 г. запланировано экстренное заседание Лиги арабских государств (ЛАГ) по Сирии. Возмутителем спокойствия оказался премьер-министр Катара Хамад аль-Тани, который в очередной раз поднял тему внутрисирийского конфликта. Напомним, что Катар уже созывал заседание ЛАГ в связи с «репрессиями режима Асада против оппозиции» еще 30 октября.

Речь шла о событиях в сирийских городах Хама и особенно Хомс. Все это происходит на фоне усиления информационной войны против Дамаска. Так, телеканалы «Аль-Арабия» и «Аль-Джазира» утверждают, что в последних столкновениях в этих городах сирийские власти будто бы применяли против «мирных демонстрантов» боевую авиацию. И тут же транслируют записи, на которых «возмущенное население требует от мирового сообщества введения по ливийскому примеру бесполетной зоны над Сирией». Разумеется, официальные власти применение самолетов и вертолетов в Хаме и Хомсе отрицают. Впрочем, вышеуказанные телеканалы так и не показали сцены разрушений в вышеуказанных городах, которые неизбежно должны были возникнуть после нанесения по ним авиационных ударов.

Тем не менее, тогда вопрос, казалось бы, удалось уладить: официальный Дамаск обещал вывести в двухнедельный срок армейские части из Хомса и начать диалог с оппозицией. Однако буквально на другой день столкновения там продолжились. Оппозиционные источники поспешили заявить, что за время «пятничного гнева» 4 ноября со стороны оппозиции погибли более 20 человек. Кровь продолжала литься и в последующие дни. Именно это обстоятельство и стало основанием для нового экстренного созыва заседания ЛАГ.

Однако руководство Сирии заявляет, что оно делает все для налаживания спокойной жизни и в подтверждение своих слов заявляет о выходе на свободу 553 политических заключенных. Кроме того, представители сирийских властей приглашают в свою страну иностранных журналистов, правозащитников и представителей ЛАГ, чтобы те смогли лично убедиться в том, что здесь не идет «война против народа» и что правительственные силы преследуют исключительно экстремистов.

Впрочем, такие призывы были и раньше, но мало кто из иностранцев на них откликался. Установка в западных и многих арабоязычных СМИ предельно проста: «режим Асада воюет против собственного народа и поэтому он должен быть заменен».

Что же все-таки происходит в Сирии? Для начала напомним, что к моменту начала «арабской весны» в Сирии уже пали режимы Бен Али и Мубарака в Тунисе и Египте, происходили выступления шиитов в Бахрейне, шли ожесточенные бои между властью и оппозицией в Ливии и Йемене.

И беспорядки затронули Сирию страну гораздо позже многих других арабских государств. Массовые акции здесь начались лишь в середине марта, хотя начало выступлений было намечено еще на середину февраля. Именно тогда в социальных сетях были образованы антиправительственные группы «за революцию в Сирии», которые попытались организовать массовые выступления в крупнейших городах страны, включая Дамаск и Алеппо. Однако эти попытки провалились. И даже сейчас, когда в разных местах страны идут вооруженные столкновения, раскачать ситуацию в этих крупнейших центрах не удалось.

Таким образом, отличие ситуации в Сирии от событий в Тунисе, Египте и Йемене состояло в том, что выступления здесь носили локальный разрозненный характер и без особых проблем подавлялись силами правопорядка и армии. Первое действительно крупное выступление имело место в приграничном с Иорданией городе Дераа, далее в апреле-июне последовали мятежи на севере страны, включая Дер-аз-Зур. После чего произошли восстания в центре и на побережье страны в Хаме и Латакии. И наконец, в октябре начались уличные бои в Хомсе. Впрочем, 7 ноября оттуда стала поступать информация, согласно которой сирийским силовикам удалось сломить сопротивление вооруженной оппозиции.

Таким образом, пока надежды противников Башара Асада на обретение собственного сирийского «Бенгази» не оправдались. Как не оправдались и надежды на использование национального, главным образом курдского, фактора. Прогнозы ряда западных экспертов, рассчитывавших использовать курдов в качестве тарана против сирийских властей, оказались ошибочными.

Хотя у курдов действительно много вопросов к правящему режиму, они отнюдь не стремятся браться за оружие. Дело вовсе не в том, что они посчитали достаточными уступки со стороны Башара Асада, предоставившего сотням тысяч сирийских курдов гражданство. В первую очередь, они опасаются сменить в результате начала восстания «сирийскую диктатуру на еще более жесткую — турецкую диктатуру». О том, как турецкая армия подавляет курдские протесты не только на своей, но и на иракской территории, сирийским курдам прекрасно известно.

И когда премьер-министр Турции Эрдоган усиливал войсковую группировку на границе с Сирией, он, сам того не желая, подыграл Башару Асаду. Курдские лидеры, наблюдая концентрацию турецких войск на северной сирийской границе, сочли, что первыми попадут под удар турецких войск. Позиция курдов не в последнюю очередь была обусловлена и слабостью самой сирийской оппозиции, которая до последнего времени не могла создать единый руководящий центр и до сих пор не имеет в своем составе авторитетных для сирийского народа лиц.

Сегодня можно указать на наличие двух конкурирующих оппозиционных структур, причем обе находятся за пределами Сирии. И внутри каждой из них идет грызня за портфели и посты в правительстве «Сирии без Асада». Вполне показательно и то, что многие лидеры оппозиции внутри страны отказываются признавать полномочия таких деятелей как Гальюн, указывая на то, что в параллельных органах власти они представляют лишь сами себя.

Конечно, было бы ошибкой считать, что все оппозиционеры — экстремисты, делающие ставку на террор. И когда мы слышим утверждения оппозиционеров о том, что власти, в том числе и спецслужбы, применяют неоправданное насилие в отношении протестующих, далеко не всегда следует считать их сообщения ложью. Достаточно указать на то, что именно неоправданная жестокость стала причиной мятежа в Дераа, после которого тут и там стали происходить выступления в разных частях страны. Речь идет о том, что оппозиция начала свои действия в этом городе с того, что наняла за деньги полтора десятка мальчишек, которые исписали стены домов антиправительственными лозунгами, призывающими к свержению «диктатора».

Когда в местное управление службы госбезопасности явились старейшины с просьбой выпустить подростков, ставших жертвой провокации, то они, как стало ясно сейчас, получили грубый отказ. Это, в конечном счете, и стало дополнительным детонатором к выступлению населения, недовольного тем, что власти борются с контрабандой, за счет которой жили многие горожане. Разумеется, во всем произошедшем нет вины Башара Асада, поскольку ошибки были совершены на местном уровне. Да и возможности сирийского лидера повлиять на силовиков, заставив их действовать более тонко, также невелики.

В какой-то степени Башар Асад вынужден сегодня расплачиваться не только за последствия своих политических решений, но и за действия нынешнего политического режима, сложившегося несколько десятилетий тому назад. За время правления «династии Асадов» настоящая оппозиция могла действовать только в подполье, и сегодня копившиеся годами ожесточение выплескивается наружу. При этом обещанные властью реформы идут с заметным опозданием.

Разумеется, в обстановке тлеющей гражданской войны проводить преобразования сложно. Еще сложнее — в ситуации, когда у политических противников сложилось четкое ощущение, что режим, проводя реформы, проявляет слабость, и в этом случае от него можно потребовать гораздо большего. С другой стороны, постепенно меняются и настроения в стане самих оппозиционеров. Многие из них, видя, как страна продолжает сползать в пропасть нестабильности, заявляют о поддержке Асада перед лицом угрозы распада Сирии и начала настоящей гражданской войны.

Еще одним неприятным для организаторов переворота в Сирии моментом стал тот факт, что оппозиции не удалось добиться разложения армии. А это явно ставит под сомнение тезис о «народном восстании», озвучиваемый на Западе. Можно, к примеру, понять, почему в массе своей остается верным режиму сирийское офицерство, значительная часть которого приходится на выходцев из привилегированного алавитского религиозного меньшинства. Однако агитации в значительной мере оказалась не подвержена и солдатская масса, состоящая далеко не из одних алавитов. По утверждениям самих оппозиционеров, в данный момент их «армия», базирующаяся на территории Турции и состоящая из эмигрантов и дезертиров, насчитывает 15 тысяч человек, и командует ей, якобы, беглый сирийский полковник Рияд эль-Асад.

Западные СМИ информацию относительно существования альтернативных «вооруженных сил» подтверждают. Однако их данные относительно численности «сирийской армии в изгнании» заметно отличаются от сведений оппозиции. В частности, называют цифры в 5 — 10 тысяч человек. Самое же главное заключается в том, что абсолютно неизвестно, сколько из них является гражданами Сирии. Зато армия Башара Асада — это не виртуальная величина, а вполне реальная и очень мощная сила. Факт остается фактом: ни одно из подразделений 315-тысячных вооруженных сил Сирии так и не перешло на сторону противников режима, заявляющих о себе как о «восставшем народе».

Если смотреть на вещи объективно, то тезис об общенародной поддержке оппозиционеров вызывает большие сомнения. Как известно, армия является частью народа. Стали бы представители народа стрелять в «массы возмущенных сограждан»? Очевидно, нет. Поэтому создается впечатление, что, по крайней мере, отчасти, информация о том, что в стране идет война властей против экстремистов из числа запрещенных «Братьев-мусульман», поддерживаемых забрасываемыми из-за рубежа террористами, не является выдумкой.

Таким образом, несмотря на все усилия поддерживаемой извне оппозиции, ей не удалось переломить ситуацию в свою пользу. Однако нельзя быть уверенными в том, что так будет продолжаться и дальше.

Сергей Балмасов

 

 

 

RSS Twitter Facebook

Об авторе

Похожие материалы

  • SFA, именующая себя вооруженным крылом сирийской оппозиции, взяла на себя ответственность за убийство 9 сирийских солдат «в битвах в центральной Сирии». Еще 17 солдат были убиты «в боях вокруг Хомса». Откровенность главнокомандующего SFA поражает. «Столкновения продолжались на протяжении всей прошедшей недели. Девять членов религиозной секты президента Асада, алавитов были высажены из автобуса и расстреляны» — сообщают мятежники из лагеря на территории Турции. Как видим, речь идет о хладнокровном убийстве гражданских лиц.

  • Поддержка со стороны крупнейших городов страны Дамаска и Алеппо, равно как и «алавитского побережья», дает Башару Асаду определенные основания полагать, что народ за него. Впрочем, это еще не вся Сирия. Третий и четвертый по величине города Сирии, Хомса и Хаму, явно нельзя отнести к числу лояльных Асаду центров. Если же к этому добавить другие неспокойные для режима местности вроде провинций Дараа и особенно Идлиб, где развернулась самая настоящая партизанская война, то может создаться впечатление, что страна пребывает в состоянии раскола по отношению к действующей власти.

  • Какие цели преследуют инициаторы «сирийской порки»? Неужели монархи Персидского залива всерьез озабочены состоянием прав человека в Сирии? Судя по ряду положений в их законодательстве, подразумевающем отсечение конечностей и побивание камнями, а также по той жестокости, с которой было подавлено выступление шиитов в Бахрейне, сами по себе права человека Катар и Саудовскую Аравию интересуют мало. В первую очередь они добиваются ликвидации союзного Ирану сирийского режима.

  • При всей противоречивости и запутанности ситуации, приходится признать — от объявления сирийскими курдами автономии в краткосрочной перспективе больше всего теряет не Сирия (она получает на своей территории сепаратистскую «мину замедленного действия», но это вопрос не сегодняшнего дня), а именно Турция. У которой теперь будет не один проблемный регион в сопредельном Ираке, а два. И нет никаких гарантий, что успешное провозглашение «курдистанов» в Сирии и Ираке не спровоцирует курдов в самой Турции на более активную борьбу за национальное государство.

  • В принципе, ничего удивительного в том, что элитная 4-я танковая дивизия во главе с младшим братом президента Махером Асадом при поддержке вертолетов сломила мятежников, не имеющих тяжелого вооружения, нет. Важно отметить другое: весной 2011 г. силовикам уже приходилось усмирять волнения в пригородах Дамаска, пусть и не настолько серьезные. Можно ли после этой очередной зачистки гарантировать то, что эти неблагополучные районы отныне будут лояльны?

В этом разделе

Политический скандал в Китае стал сигналом для западных инвесторов: сторонники социалистического курса, так называемые «маоисты», не будут допущены к власти, а следовательно — не стоит опасаться за дальнейшую либерализацию экономики. Именно так следует интерпретировать заявление премьера Госсовета КНР, пугающего публику повторением «культурной революции».

 

Выносить окончательные вердикты пока рано. Фактом является лишь то, что эмир Катара действительно находится не дома, а в Италии. При этом следует отметить, что объективная вероятность государственного переворота в Катаре существует. Для неё есть все предпосылки, а за рубежом наверняка имеется достаточное количество лиц, заинтересованных в корректировке внешнеполитического курса Катара.

 

Скандал с незаконными тюрьмами ЦРУ по всему миру начался с публикации в The Washington Post 2 ноября 2005 года статьи Даны Прист под заголовком «CIA Holds Terror Suspects in Secret Prisons» («ЦРУ содержит подозреваемых в терроризме в секретных тюрьмах»). Страны, где находятся эти тюрьмы, в статье были названы «восточно-европейскими». Уважаемая газета признала, что названия стран не указаны в статье по просьбе Белого Дома.

 

В уголовном деле о секретной тюрьме ЦРУ в Польше произошел неожиданный перелом. Обвинение предъявлено видному деятелю неокоммунистической партии SLD, бывшему шефу внешней разведки Польши Збигневу Семёнтковкому. Бывшему в то время премьер-министром Польши Лешеку Миллеру и президенту Александру Квасьневскому угрожает Государственный Трибунал. То, что все эти государственные деятели имеют перед своими титулами приставки «бывший», ни в коей мере не умаляет ни значения этого политического скандала, ни возможных политических последствий для всех действующих политиков, да и для страны в целом. Значение этого дела для международной политики еще предстоит оценить.

 

Скоротечная трагедия во Франции, во время которой от рук преступника, получившего звучное прозвище «тулузский стрелок», погибло 7 человек, скорее всего, запомнится надолго. События в Тулузе оставляют после себя множество вопросов, создающих почву для конспирологических построений. Это касается как хронологии событий, так и официально озвученных деталей произошедшего.

 

Новые регионы прямо не претендуют на суверенитет, поскольку план «Большого Ближнего Востока» не подразумевает массовое признание новых карликовых государств. Однако характер «автономий», претензия на исключительное право за региональными властями распоряжаться природными ресурсами и иметь собственные вооруженные силы, не вписывается ни в какие федеративные теории. Все эти инициативы заретушированы разговорами о развитии федерализма и демократии, хотя на самом деле мы сталкиваемся с абсолютно новой моделью — сомализацией — к которой классические понятия федерализма плохо применимы.

 

Сам факт военных приготовлений Молдовы выглядит крайне тревожно, поскольку речь в данном случае идет о ее возможном объединении с Румынией, входящей в НАТО. Условия членства в альянсе подразумевают, что, в случае начала вооруженного конфликта с одним из его участников, все остальные приходят ему на помощь. И создается впечатление, что Кишинев и Бухарест создают сегодня условия для «размораживания» конфликта на Днестре 20-летней давности.

 

30 сентября 2010 года на юге Йемена американский беспилотник атаковал автомобиль, в котором ехали четверо членов Аль-Кайды — Анвар аль Авлаки, Абу Мохсен аль Мараби, Самир аль Маруани и Самир Джан. Удар был нанесен ракетами типа HellFire («Адский Огонь»). Все четверо были убиты. Как ни привычны стали такие новости с фронтов, где США ведут необъявленные войны, на сей раз разразился скандал. Причина скандала в том, что двое убитых оказались американскими гражданами. Убийство одного из них — Анвара аль Авлаки — санкционировал лично президент США Барак Обама.

 

Найджел Фэредж — человек в Европе известный. Он лидер Независимой Партии Соединенного Королевства (UKPIT — United Kingdom Independent Party), член Европейского Парламента, активный евроскептик и критик руководства Евросоюза, человек взрывного темперамента и защитник истинно британских ценностей. Все эти свои качества он сейчас бросил на защиту своего старого приятеля, бизнесмена Кристофера Тэппина, ожидающего в Лондоне экстрадиции в США, где его обвиняют в организации преступной группы с целью незаконной поставки аккумуляторов для ракет класса земля-воздух HAWK из США через Нидерланды в Иран.

 

Глава Национальной разведки США Джеймс Клаппер 16 февраля заявил, что теракты, произошедшие в Дамаске и Алеппо в декабре — феврале, «имеют все отличительные черты терактов в стиле «Аль-Каиды». «Мы также считаем, что иракское отделение „Аль-Каиды“ распространяет свою деятельность на Сирию», — сообщил Клаппер Конгрессу США. И добавил красочных подробностей. Якобы, боевики «Аль-Каиды» проникают в группы неподкупной и честной сирийской оппозиции тайно. «При этом в большинстве случаев сами оппозиционеры не знают о присутствии среди них террористов», — добавил он. Вопрос о том, как на практике организовать серию масштабных терактов в тайне от товарищей по оружию, остается на совести господина Клаппера.

 

.