Главная | Конспирология

ВИЦЕ-ПРЕЗИДЕНТ ИРАКА ОБВИНЕН В ТЕРРОРИЗМЕ:
РАСПАД СТРАНЫ НЕИЗБЕЖЕН?

Удастся ли аль-Малики установить в Ираке диктатуру одной конфессиональной группы? Смирятся ли с этим сунниты, которые представляют в Ираке внушительную силу? Их сих пор немало в силовых структурах, откуда сейчас суннитов активно выживают. Нельзя не упомянуть и отряды «сахва», которые после ухода американцев остались без содержания и участники которых винят в своих бедах шиитское руководство. С другой стороны, когда идет схватка между шиитами и суннитами, не остаются в стороне и курды, которые явно не станут довольствоваться отведенной им автономией.

Ирак уже в ближайшее время может окончательно развалиться по этноконфессиональному признаку. Об этой опасности предупреждают многие суннитские политики этой страны, комментируя последние действия представителей иракского шиитского руководства, направленные на изгнание суннитов из власти. По информации иракской газеты «Аль-Мада», в Багдад прибывает вице-президент США Джо Байден, который обсудит на месте пути решения политического кризиса в стране.

Издание ссылается на слова советника премьер-министра Ирака по политическим вопросам Адель Барвари, согласно которым американский представитель намерен обсудить в числе прочих вопросов выданный на днях ордер на арест вице-президента Ирака Тарика аль-Хашеми и просьбу премьера Нури Аль-Малики к парламенту вынести вотум недоверия другому суннитскому политику, вице-премьеру Салеху аль-Мутлаку. По мнению Барвари, «если ситуация в стране не изменится к лучшему, это может привести к развалу правительства и провалу политического процесса».

Фактически, происходящее означает только одно: не успели американцы выйти из Ирака, как выстроенная там за годы оккупации система управления стала разваливаться. США строили ее по ливанскому образцу, подразумевающем участие во власти представителей разных конфессий исходя из их численности. Но надежды на демократию «по-иракски» оказались тщетны.

Учитывая то, что арабы-шииты составляют большинство иракского населения, именно их представитель получил ключевой портфель премьера. Курдам достался пост президента, а суннитам — «утешительный приз» в виде должности спикера парламента. Положение мало меняло и то, что премьера, президента и спикера уравновешивали по два заместителя от других общин. Например, у премьера-шиита были заместители курд и араб-суннит.

Диалог между религиозными и этническими общинами давался трудно. Стороны пытались не упустить контроля над нефтяными месторождениями. В выигрыше «по географическому признаку» оказывались курды и шииты, поскольку основные месторождения «черного золота» находились именно на их территории, тогда как сунниты оказывались в проигрыше. А претензии сторон на богатый «черным золотом» район Киркука вообще ставил страну на грань гражданской войны с явно выраженной межконфессиональной подоплекой. Ситуация усугублялась тем, что боевики регулярно совершали кровавые теракты, четко направленные по конфессиональному признаку — как против суннитов, так и против шиитов.

Если при американцах эта система хоть и с большим скрипом, но все же работала, сейчас она демонстрирует свою полную несостоятельность. Что, впрочем, неудивительно: при Саддаме Хусейне сунниты находились в привилегированном положении, именно их представители преобладали во власти. Но после эго падения все изменилось. Курды и шииты решили занять «свое место под солнцем», с чем не могли смириться сунниты, которые не только лишились своих былых позиций, но и стали сами подвергаться гонениям.

Под давлением американцев суннитов все же пустили во власть, однако в преддверие вывода оккупационных сил шииты начали от них избавляться. Достаточно вспомнить начавшуюся еще в конце октября «суннитскую чистку» под видом раскрытого «баасистского заговора», в результате которой суннитов стали открыто смещать со всех руководящих постов, причем не только в самом Багдаде, но и в провинциях, считавшихся их оплотами.

Кампания увенчалась выдачей ордера на арест вице-президента Тарика аль-Хашими, которого 26 декабря обвинили в терроризме и организации нападений на представителей власти. Днем ранее крупнейшее партийное объединение иракского парламента «Аль-Иракия» объявило о бойкоте его работы, обвинив премьера аль-Малики в узурпации власти. Тем самым оно фактически парализовало работу высшего органа законодательной власти.

Суннитская коалиция обвиняет аль-Малики в стремлении поставить на ряд высших должностей своих людей. По мнению ее представителей, именно этим обусловлено то, что в нарушение данных им ранее обещаний он до сих пор не назначил глав ряда министерств, в том числе и министра обороны, чей пост остается вакантным уже около года.

Ситуация усугубляется тем, что в результате этой акции остается парализованной работа правительства, поскольку входящие в него министры-сунниты поддержали бойкот. Со своей стороны, Аль-Малики пригрозил участникам бойкота увольнением: «министрам не позволено останавливать работу правительства. Если они не появятся на следующем заседании кабинета, мы назначим на их посты других людей».

Перед этим вице-премьер и суннит Салех Мутлак открыто назвал в телевизионном эфире своего шефа «диктатором хуже Саддама Хусейна, сеящем рознь и ведущим страну к развалу». В свою очередь влиятельный шиитский политик ас-Садр рекомендовал аль-Малики распустить парламент.

Декабрьскому политическому кризису предшествовали чистки по конфессиональному принципу, организованные аль-Малики под видом"раскрытия заговора баасистов«, которые якобы готовились после ухода американцев взять реванш. О масштабах преследований сунннитов можно судить по заявлению того же аль-Малики, признавшего, что к 29 октября было арестовано «615 заговорщиков». Причем чистки происходили не только в провинции Багдад и самой столице, но и в провинциях Ан-Наджаф, Анбар, Ат-Таамим, Васит, Ди-Кар, Дияла, Найнава и Салах-эд-Дин, которые сунниты считают «своими».

Исходя из того, что Саддаме Хусейне большинство руководителей разных рангов входили в Баас, соответствующее обвинение может коснуться почти любого из них. Не случайно, что репрессии затронулись не только бывших офицеров, но и преподавателей вузов. Только из университетов Тикрита и Мосула по «баасистской статье» были уволены более 150 преподавателей, причем многие из них попали под арест. Власти утверждают, что все аресты проведены законно, на основании полученной"информации и свидетельств».

Иракские суннитские политики, в том числе вице-президент Тарик аль-Хашеми, назвали аресты «охотой на ведьм». А спикер иракского парламента ан-Нуджайфи предупредил об угрозе распада страны, поскольку суннитам, ставшим при нынешней власти «гражданами второго сорта», ничего не останется делать, кроме как отделиться от тех, кто их угнетает. Его поддержали и шейхи суннитских племен. И это не просто слова. Администрация целого ряда суннитских провинций уже заявила об автономии от Багдада «по типу курдской», открытым текстом указав на желание перераспределить на себя финансовые потоки.

Так, власти провинции Салах-эд-Дин еще 27октября одобрили декларацию о предоставлении ей «административной и экономической автономии». Её губернатор А. Абдулла объяснил подобные действия арестами баасистов «без консультаций и координации» с местными властями. Тоже самое готовы сделать и другие суннитские провинции, например, Анбар.

Тем более, что возможность автономизации предусматривает статья 119 Конституции Ирака. Однако протесты суннитов не остановили аль-Малики, который пытается придать своим действиям законность: 22 ноября в парламенте Ирака завершилось предварительное обсуждение законопроекта о запрете деятельности партии Баас и пропаганды ее идеологии — как идущей вразрез с Конституцией страны, поддерживающей «справедливость, свободу, равноправие и уважение человеческих прав».

Удастся ли аль-Малики установить в Ираке диктатуру одной конфессиональной группы? Смирятся ли с этим сунниты, которые представляют в Ираке внушительную силу? Их сих пор немало в силовых структурах, откуда сейчас суннитов активно выживают. Нельзя не упомянуть и отряды «сахва», которые после ухода американцев остались без содержания и участники которых винят в своих бедах шиитское руководство.

Кроме того, иракских шиитов ослабляет отсутствие единства в их рядах. Например, лидером ведущего оппозиционного блока «Аль-Иракия», поддерживаемого суннитами, является шиит Айяд Алави, который обвиняет аль-Малики в стремлении изолировать всех недовольных политикой его правительства. Центробежные стремления усиливаются даже на шиитском юге, особенно в богатой нефтью провинции Басра, где заметно влияние Ирана. В свою очередь, нейтрализовать его пытается Саудовская Аравия.

Таким образом, внешний фактор играет дополнительную негативную роль в дестабилизации Ирака. Дело в том, что обвинения, выдвигаемые аль-Малики в адрес суннитских вооруженных группировок, тоже имеют под собой определенные основания. Именно на их долю приходится большая часть совершенных за последние месяцы терактов. При этом некоторые эксперты открыто обвиняют саудовские спецслужбы в поддержке оживившейся в последнее время в Ираке «Аль-Каиды».

Когда идет схватка между шиитами и суннитами, не остаются в стороне и курды, которые явно не станут довольствоваться отведенной им автономией. Во-первых, они намерены заметно расширить ее границы за счет территорий, которые арабы-сунниты считают своими. Речь в первую очередь идет о Киркуке, который, по своему значению, является «курдским Иерусалимом». Во-вторых, курды все отчетливее стремятся воплотить в жизнь свою программу-максимум и создать независимое государство.

А это не устраивает ни шиитскую администрацию, устами аль-Малики заявившую о стремлении контролировать всю территорию Ирака, ни суннитов, для которых потеря Киркука станет катастрофой (в этом случае под контролем суннитской общины больше не останется крупных нефтяных месторождений). И то, что именно на территории Киркука нашел убежище опальный вице-президент аль-Хашеми, объявленный в Багдаде террористом, вполне закономерно.

Таким образом, с уходом американцев политический кризис в Ираке только начинается. Во-первых, проблема суннитско-шиитских противоречий в этом искусственно созданном британцами государстве в 1921 г. насчитывает сотни лет. Устранение Саддама Хусейна, олицетворявшего собой власть суннитского меньшинства, только привело к возобновлению этого старого кровавого спора, который может быть особенно острым в Багдаде с его суннитскими и шиитским районами и пригородами.

Тем более, что и у шиитов, и у суннитов за время пребывания в стране американцев накопилось слишком много претензий друг к другу. Многие деятели с обеих стороны полны желания отомстить за жертв межконфессиональной войны 2005-07 гг. (тогда, к примеру, у обвиненного в терроризме вице-президента аль-Хашими погибло несколько родственников). Есть и ряд других моментов, которые на долгие годы предопределяют кровавое противостояние в стране. К примеру, это казнь ряда высокопоставленных представителей прежней власти и особенно Саддама Хусейна, в чем сунниты обвиняют шиитов.

В свою очередь, шииты не могут простить суннитам кровавых терактов, совершенных у шиитских святынь, в том числе и во время религиозных праздников. Все это лишний раз свидетельствует о том, что ожидания мира в многострадальном Ираке, мягко говоря, наивны. И усилия Байдена и Ко могут, в лучшем случае, лишь на время приглушить остроту этой проблемы для Ирака, на глазах погружающего в пучину хаоса.

 

 

 

RSS Twitter Facebook

Об авторе

Похожие материалы

  • Более 70 процентов населения Ирака ощущают нехватку питьевой воды. Как результат, во всех регионах страны все чаще фиксируют распространение эпидемий, включая холеру, сибирскую язву, вирусный гепатит, корь, дифтерию. Заметно ухудшилась ситуация и с заболеванием населения туберкулезом. Резко увеличилась и детская смертность. Страна страдает от нехватки врачей, причем 70 процентов больниц не имеет необходимого оборудования. Сейчас в Месопотамии лишь половина земель пригодны для ведения сельхозработ, а в ближайшие годы их площадь может сократиться в девять раз. По сути, стране грозит голод.

  • Иракская осень 2011 оказалась весьма богатой на политические события. Во-первых, в этой стране наблюдается террористический бум, обусловленный конкуренцией различных проектов дальнейшего обустройства Ирака, в ходе которого различные политические силы активно применяют насилие. Во-вторых, конфликт между центральным правительством и автономным курдским районом углубился как никогда раньше, и грозит расколом страны. В-третьих, проект федерализации Ирака если не снят с повестки дня, то отложен на неопределенное будущее.

  • 15 декабря США заявили о полном выводе своих войск из Ирака. В Ираке останутся лишь от 160 до 200 американских морпехов для несения охраны дипломатических миссий США. Еще 700 инструкторов должны обучить иракских военных для ведения действий на поставляемой из-за океана военной технике, включая танки Abrams и истребители F-16.

  • При всей противоречивости и запутанности ситуации, приходится признать — от объявления сирийскими курдами автономии в краткосрочной перспективе больше всего теряет не Сирия (она получает на своей территории сепаратистскую «мину замедленного действия», но это вопрос не сегодняшнего дня), а именно Турция. У которой теперь будет не один проблемный регион в сопредельном Ираке, а два. И нет никаких гарантий, что успешное провозглашение «курдистанов» в Сирии и Ираке не спровоцирует курдов в самой Турции на более активную борьбу за национальное государство.

  • Недавнее обещание президента Курдской автономии Ирака Масуда Барзани провозгласить после празднования навруза 21 марта независимость Курдского государства отложено. Что ответить на вопрос «почему», следует задаться другим вопросом: зачем понадобилось заявлять о своих желаниях в открытую, чтобы потом отложить на время эту идею?

В этом разделе

Политический скандал в Китае стал сигналом для западных инвесторов: сторонники социалистического курса, так называемые «маоисты», не будут допущены к власти, а следовательно — не стоит опасаться за дальнейшую либерализацию экономики. Именно так следует интерпретировать заявление премьера Госсовета КНР, пугающего публику повторением «культурной революции».

 

Выносить окончательные вердикты пока рано. Фактом является лишь то, что эмир Катара действительно находится не дома, а в Италии. При этом следует отметить, что объективная вероятность государственного переворота в Катаре существует. Для неё есть все предпосылки, а за рубежом наверняка имеется достаточное количество лиц, заинтересованных в корректировке внешнеполитического курса Катара.

 

Скандал с незаконными тюрьмами ЦРУ по всему миру начался с публикации в The Washington Post 2 ноября 2005 года статьи Даны Прист под заголовком «CIA Holds Terror Suspects in Secret Prisons» («ЦРУ содержит подозреваемых в терроризме в секретных тюрьмах»). Страны, где находятся эти тюрьмы, в статье были названы «восточно-европейскими». Уважаемая газета признала, что названия стран не указаны в статье по просьбе Белого Дома.

 

В уголовном деле о секретной тюрьме ЦРУ в Польше произошел неожиданный перелом. Обвинение предъявлено видному деятелю неокоммунистической партии SLD, бывшему шефу внешней разведки Польши Збигневу Семёнтковкому. Бывшему в то время премьер-министром Польши Лешеку Миллеру и президенту Александру Квасьневскому угрожает Государственный Трибунал. То, что все эти государственные деятели имеют перед своими титулами приставки «бывший», ни в коей мере не умаляет ни значения этого политического скандала, ни возможных политических последствий для всех действующих политиков, да и для страны в целом. Значение этого дела для международной политики еще предстоит оценить.

 

Скоротечная трагедия во Франции, во время которой от рук преступника, получившего звучное прозвище «тулузский стрелок», погибло 7 человек, скорее всего, запомнится надолго. События в Тулузе оставляют после себя множество вопросов, создающих почву для конспирологических построений. Это касается как хронологии событий, так и официально озвученных деталей произошедшего.

 

Новые регионы прямо не претендуют на суверенитет, поскольку план «Большого Ближнего Востока» не подразумевает массовое признание новых карликовых государств. Однако характер «автономий», претензия на исключительное право за региональными властями распоряжаться природными ресурсами и иметь собственные вооруженные силы, не вписывается ни в какие федеративные теории. Все эти инициативы заретушированы разговорами о развитии федерализма и демократии, хотя на самом деле мы сталкиваемся с абсолютно новой моделью — сомализацией — к которой классические понятия федерализма плохо применимы.

 

Сам факт военных приготовлений Молдовы выглядит крайне тревожно, поскольку речь в данном случае идет о ее возможном объединении с Румынией, входящей в НАТО. Условия членства в альянсе подразумевают, что, в случае начала вооруженного конфликта с одним из его участников, все остальные приходят ему на помощь. И создается впечатление, что Кишинев и Бухарест создают сегодня условия для «размораживания» конфликта на Днестре 20-летней давности.

 

30 сентября 2010 года на юге Йемена американский беспилотник атаковал автомобиль, в котором ехали четверо членов Аль-Кайды — Анвар аль Авлаки, Абу Мохсен аль Мараби, Самир аль Маруани и Самир Джан. Удар был нанесен ракетами типа HellFire («Адский Огонь»). Все четверо были убиты. Как ни привычны стали такие новости с фронтов, где США ведут необъявленные войны, на сей раз разразился скандал. Причина скандала в том, что двое убитых оказались американскими гражданами. Убийство одного из них — Анвара аль Авлаки — санкционировал лично президент США Барак Обама.

 

Найджел Фэредж — человек в Европе известный. Он лидер Независимой Партии Соединенного Королевства (UKPIT — United Kingdom Independent Party), член Европейского Парламента, активный евроскептик и критик руководства Евросоюза, человек взрывного темперамента и защитник истинно британских ценностей. Все эти свои качества он сейчас бросил на защиту своего старого приятеля, бизнесмена Кристофера Тэппина, ожидающего в Лондоне экстрадиции в США, где его обвиняют в организации преступной группы с целью незаконной поставки аккумуляторов для ракет класса земля-воздух HAWK из США через Нидерланды в Иран.

 

Глава Национальной разведки США Джеймс Клаппер 16 февраля заявил, что теракты, произошедшие в Дамаске и Алеппо в декабре — феврале, «имеют все отличительные черты терактов в стиле «Аль-Каиды». «Мы также считаем, что иракское отделение „Аль-Каиды“ распространяет свою деятельность на Сирию», — сообщил Клаппер Конгрессу США. И добавил красочных подробностей. Якобы, боевики «Аль-Каиды» проникают в группы неподкупной и честной сирийской оппозиции тайно. «При этом в большинстве случаев сами оппозиционеры не знают о присутствии среди них террористов», — добавил он. Вопрос о том, как на практике организовать серию масштабных терактов в тайне от товарищей по оружию, остается на совести господина Клаппера.

 

.